Игры со временем Марка Аксенова

0
47

Марк Аксенов — поэт, композитор, автор-исполнитель бардовской песни, художественный руководитель творческого объединения «Мотив», член Союза писателей-переводчиков при Московском отделении Союза писателей России. Несмотря на то, что литературным творчеством Марк Аксенов стал заниматься с 2003 года, в его творческом багаже уже пять стихотворных сборников, сборник прозы и публицистики и около двенадцати авторских песенных и поэтических дисков.

Тверской поэт Василий Рысенков, член Союза писателей России, так отзывается о его творчестве: «Мне всегда казалось, что вторая половина жизни – не лучший возраст для поэтического творчества. Мудрость и житейский опыт не могут заменить остроту восприятия мира, глубину переживаний. Марк Аксёнов заставил меня убедиться в обратном. Его песенные тексты и стихи образны и эмоциональны. Он сумел сберечь в своей душе молодую восприимчивость».

Марк Аксенов автор и постановщик литературно-музыкальных спектаклей и композиций, посвященных творчеству российских поэтов – Николая Гумилева, Булата Окуджавы, Владимира Высоцкого — и знаменательным датам нашей страны. В 2018 году Марку Аксенову исполнилось 70 лет. А к его юбилею вышел в свет авторский сборник стихов и песен «Игры со временем»… И мы его от всей души поздравляем!

До предела

Памяти Владимира Высоцкого

До предела натянуты нервы,
Сердце вторит гитарной струне,
Каждый миг принимаю, как первый,
Из последних, дарованных мне.

А дорога все круче и круче,
А кнуты над конями все злей,
И все ниже багровые тучи,
И все ближе рожки егерей.

Пропустите, кричу, пропустите!
Мир мне тесен, а жизнь коротка!
Знаю, солнце уже не в зените,
Но еще не ослабла рука.

И еще над дремотной толпою
Я не раз разорву тишину,
Я лишу ваши души покоя,
Только вряд ли судьбу обману.

Вы по графам анкет просчитали,
Мне недолго осталось хрипеть,
Вы травили меня, запрещали,
Только кто вам теперь может петь,

Так, чтоб сердце наружу и нервы,
Чтоб народ затаенной душой
Каждый миг принимал, словно первый,
Из последних, дарованных мной!

 

* * *

Деревьями и облаками,
Их отражением в реке
Бог разговаривает с нами
На первозданном языке.

 

* * *

Последнего вагона распахнутая дверь,
И проводник в двери, к перрону равнодушен,
Тебя не замечает, но ты ему не верь!
Лишь голосу судьбы и сердца будь послушен.

Послушен будь соблазну за поручень схватить
Последних поездов упущенные сроки
И на подножку прыгнуть и полной грудью пить
Сквозь золото лесов дымы костров далеких.

И знаки созерцать в горящих небесах,
И, следуя тому, кто правит тьмой и светом,
Среди чужих миров, в последних поездах
Найти свое купе! Открыть свою планету!

 

У вечности напрокат

Мне это время дано напрокат
Вечностью строгой
Сроки подходят, и на закат
Вьется дорога.

Мне это время на что-то дано?
Или без цели
в мир отворилось когда-то окно,
И полетели.

Годы работы, счастья часы,
Радость свершений?
Есть ли на свете — меры, весы
Смыслов, значений?

Кто-то себя хозяином мнит
разных секретов.
Только без спросу пуля летит —
Песенка спета.

Кто-то напротив и рад бы свой путь
кончить до срока –
Пулям и бурям открытая грудь
Мерзнет без прока.

Кто-то уйдет, потому что сказал
всё, что обязан!
Кто-то за то, что пути не знал,
Будет наказан.

Не хорони себя и не храни —
Выбрана дата.
И до секунды просчитаны дни
в пункте проката.

 

Смысл жизни

Зачем ты на земле? В чём истина твоя?
И почему судьба не раз тебя спасала?
Нет смысла размышлять о смысле бытия
Тому, кто держит путь от замысла к финалу!

Неясен жизни смысл лишь тем, кто получил
Богатство и почёт в миг своего рожденья.
И тем, кто заплутал, в безвыходной ночи,
Не в силах отгадать свое предназначенье.

И тем, кто, разгадав, не захотел принять
Той роли, что ему назначена судьбою.
И обречён всю жизнь не жить, а воевать
С врагами и друзьями, и с самим собою.

Бросает вкривь и вкось чужая колея.
Авось, куда-нибудь, да выведет кривая.
И там, в конце пути о смысле бытия
Он станет размышлять, всех разом проклиная.

 

Зодчие

Немые певчие столетий,
Творцы надмирной красоты,
Созданья ваши, ваши дети
На нас взирают с высоты.

О, как мне нравится весною
Смотреть на мир, когда вокруг,
Не заслоненные листвою,
Стоят творенья ваших рук!

И, если в храм ведет дорога,
Я снова в грешной простоте
Хочу понять, где больше Бога —
В молитве или в красоте?

 

Безмятежная весна

Из стихов австрийского поэта начала ХХ века Георга Тракля. Перевод с немецкого

Припомнив летнюю жару и грозы,
Журчит родник средь порослей зелёных.
Доносит ветер колокольцев звоны
И грубый запах тёплого навоза.

Луга о травах и цветах мечтают
На иву норовят залезть котята.
Печальна песня старого солдата.
Лицо ребенка в нежной дымке тает.

Берёзы в поле и кусты в посадке
Окутаны тумана светлой пеной.
Сияет зелень юная средь тлена,
И жаба нежится на огородной грядке.

 

* * *

Ветви липы в небе сером
Да фонарные столбы…
В старом доме возле сквера
Одинокие без меры
Повстречались две судьбы.

За окном то плавно падал,
То летел по ветру снег.
За железною оградой
То ли сквера, то ли сада,

Не узнать — который век.
Жар огня в очах каминных
Оживал и снова гас.
В мягком сумраке гостиной

Под стеклом часов старинных
Не понять — который час.
Только плачущие свечи
На своем календаре

Записали время встречи,
Сердца стук, обрывки речи,
Снегопад и поздний вечер
В том далеком декабре.

 

* * *

Нет прекрасней тебя в целом свете.
Видно, ангел тебя мне послал.
Если раньше тебя я не встретил,
Значит, просто, я плохо искал.

 

Серебряный век

Через бордюры мостовых
И вдоль поребриков,
От Петербурга до Москвы
Шел век серебряный.

Волшебным символом, мечтой
Юнца безусого,
Туманной блоковской строкой,
Загадкой Брюсова.

Над миром истин прописных,
Довольства низкого
Звенел Бальмонта светлый стих,
Романс Вертинского.

А буря темною волной
Сносила пристани
И в берега одной шестой
Ломилась истово.

Всем в лагерях хватило мест,
Кто до конца не вник.
И каждый получил свой крест,
И свой серебряник.

Ну а потом – Политбюро
С серпом и молотом.
И стало слово – серебром
Молчанье золотом…

 

Над Сахарой (песня)

Памяти летчика и писателя Антуана де’Сент-Экзюпери

Я лечу над Сахарой под легким крылом дельтаплана,
Остывает в барханах вечернего солнца накал.
Предо мной в белоснежной рубашке спина Антуана,
Глова его в шлеме, и руки сжимают штурвал.

Я сегодня украл пять минут из минувшего века,
Пять высоких минут из прочитанных книжек и снов!
Я лечу в легкокрылой машине с душой человека
Над «планетой людей», через море великих песков!

Муравьиной тропою ползут подо мной караваны,
Отмеряет пустыня века на песочных часах,
Я сегодня поверил крылатой строке Антуана:
«Все мы родом из детства», но наша душа в небесах!

А, когда мы спустились на землю в пустынную скуку,
Был печален мираж африканской вечерней зари,
И не ведал французский пилот, пожимая мне руку,
Что сегодня он был Антуан де’Сент-Экзюпери.

Я летал в вечернем небе над Сахарой,
Я летал и облакам кричал:
Вот это да! Ведь я когда-то только лишь читал
Про это в книге Антуана, лишь читал,
Но даже не мечтал,
Что когда-нибудь сам смогу
Подняться в небо с дельтапланом
И лететь и эту песню петь…

 

* * *

Сверхнеприступных дам прошу не волноваться!

Пускай поищут альпинистов помоложе.

Вершиной снежною готов я любоваться,

Но забираться на неё — избави Боже!

 

Дачная элегия

Маленькая пьеса для соловья и электрокосилки

Где май поднимает на плечи
Луны молодой коромысло,
И пахнет землей и железом
добытая в недрах струя,

Печальный чиновник, свой вечер
Наполнив иллюзией смысла,
Крещендо электрокосилки
Вплетает в концерт соловья.

Он смотрит вокруг безразлично,
И травы его не дурманят.
Простой тишины и покоя
Душа его жаждет вкусить.

Но только лишь он, как обычно,
Подсядет к столу после бани,
Как после второй кружки пива
Сосед начинает косить…

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here