Томми Джи: «Давай, Россия, просыпайся уже! Потому что если бы не было российской музыки, не было бы и европейской музыки»

0
12

Совсем недавно с семинаром Москву посетил американский саундпродюсер и композитор Томми Джи, работавший в компаниях Sony Music, Universal Music, Warner Music, а также известный своим сотрудничеством с группой One Direction, альбом которых Take me home получил платиновый статус и разошелся 8-миллионным тиражом. На семинаре в RMA он познакомился с российской певицей Галиной Босой, в послужном списке которой работа с американскими и германскими лейблами и выступления в США.

Певица подарила Томми Джи свой альбом «XII Священных Псалмов» и рок-пластинку своей группы BOSAYA. Музыка молодой певицы произвела на Томми Джи глубокое впечатление, они полночи проговорили по скайпу, а на следующий день встретились в кафе, где задали друг другу вопросы о музыке, российском и американском менталитете, особенностях шоу-индустрии в России и США, ну и о планах, конечно же… 

Томми Джи и Галина Босая

— Томми, в последние несколько лет вы часто приезжаете в Россию. Почему? Вам нравится работать с российскими артистами или вы черпаете здесь вдохновение как музыкант?

— Почему я часто приезжаю в Россию? Немного предыстории… Я сам из Дании и вырос в семье, в которой была очень популярна российская культура в разных своих проявлениях: русский балет, литература, музыка. Но, как вы, наверное, знаете, я много работал в Америке. И пока это длилось, у меня не было возможности вернуться к российской культуре. Когда я, наконец, приехал сюда, то ждал встречи с этой «знаменитой русской душой». Но в первый визит я был сильно разочарован… В последующие же приезды встретил отличных людей и со многими подружился. Потом я приезжал сюда еще и еще, каждый раз мне нравилось здесь все больше и больше. 

Естественно я много общался с представителями музыкальной индустрии, которые все время жаловались, что в России с шоу-бизнесом все плохо. Мне понравилась сама идея, что на российском музыкальном рынке все неопределенно. А значит, есть потенциал и можно создавать что-то, в отличие от Запада, где это все работает годами. 

Поначалу, когда я работал с российскими артистами, они все хотели петь на английском, подражать Западу. Но для меня российская музыка – это всё равно что-то другое. Даже если я не понимаю её совсем, мне всё равно хотелось слышать её родной колорит. Поэтому я стал просить своих российских друзей исполнять песни именно на русском языке.

— Вы всегда очень тепло отзываетесь о русской классической музыке. Кто из наших композиторов вам ближе всего? С кем из российских музыкантов понравилось больше всего работать?

— Рахманинов, Чесноков, песни из старых советских фильмов, русские романсы Чайковского, также я слушаю церковную музыку. А человек, с которым больше всего нравилось работать, — он из Грузии. Его зовут Давид Тодуа, в его душе особая страсть к музыке..

— Вы послушали два моих альбома «XII Священных Псалмов» и «Bosaya». Это две абсолютно разноплановых пластинки — псалмы и рок-музыка. Что Вам больше понравилось: альбом молитвенных песнопений или мейнстримовый альбом?

— Мне, конечно же, больше понравились молитвенные песнопения. Когда я услышал этот альбом, я подумал: «Вот то, что нужно! Та душа и страсть русского народа, которые я так давно хочу услышать». В Америке нет ничего подобного! Могу сказать, что вы показываете истинно российские эмоции, свойственные ушедшим эпохам. Что касается вашей мейнстримовой пластинки, то я совсем немного её слушал. Мне нужно больше времени, чтобы больше проникнуться и честно сказать свое мнение.

— В России есть классные, большие студии, но у нас нет своих хороших специалистов, которые работают со звуком. У нас часто предпочитают работать с Германией, Америкой, Швецией, потому что они лучшие. Я хотела бы, чтоб в России были свои гениальные звукорежиссёры и саундпродюсеры. Но для этого им, конечно же, нужно учиться не здесь. Профессиональный саундпродюсер – это очень тонкая, это отдельная профессия, которой просто не существует в России.

— Да, здесь такое ощущение, что нет души в этих студиях. Нет души, и поэтому отсутствует та самая творческая «магия». Странно.. Ведь в Москве жизнь бурлит на каждом шагу, почему же эта энергетика не присутствует в студии?

— В самом деле люди «зациклены» на западном уровне качества. Они знают, что американцы, шведы, немцы – лучшие в этом деле. Это психологический момент, своего рода «штамп», я думаю. Мне как музыканту, готовящему презентацию альбома и запись следующей пластинки, интересно насколько вам важен живой контакт с музыкантом в начале работы? Вы предпочитаете получать референсы и ли же вам нравится сидеть с музыкантом, искать взаимопонимание, находить вместе звучание?

— Я вчера встречался с Леной Темниковой и предложил, чтобы мы начали свою работу с бесед на отвлеченные темы , которые обсуждают нормальные люди, которые просто друг с другом болтают. И из этого, собственно, уже родится концепция звука для песни. 

Tommy-Gee

Как вы знаете, я один из первооткрывателей электронной музыки, и начинал с того, что сидел за компьютером один, без людей, тогда моя работа этого не предполагала. Но потом, когда мы создавали большие проекты, я уже приглашал настоящих музыкантов, с которыми надо плотно и вживую взаимодействовать, так что общение — это важно. 

— Я смотрела фильм «Kraftwerk» электронная революция, это очень интересно и мне понравилось, как они скрупулёзно и тщательно работали над поисками нового звука, они «выпиливали» ее в буквальном смысле (смеется).

— Знаете, когда мы занимались «первооткрыванием» электронной музыки, мы были просто тусовкой молодых ребят и понятия не имели, что делаем (смеётся). Мы дурачились и не предполагали, что это превратится в многомиллионную индустрию в Америке. В России сейчас примерно та же ситуация : вы можете так же экспериментировать, а потом добиться успеха. И я считаю, что молодежь в России — главная движущая сила, так как может экспериментировать и рисковать.

— Можете ли вы сказать, что за время работы с российскими музыкантами вы лучше узнали русскую натуру, русские традиции, обычаи, привычки, душу русскую?

— Я бы сказал, что я обо всём этом узнал, общаясь с обычными людьми, а не музыкантами. (смеется) Когда я здесь жил, я ездил в метро, ходил на рынки. Это очень многое дало для понимания русской души. (смеётся)

— А как вы считаете, есть ли у русских молодых музыкантов будущее на западном рынке?

— Я считаю, что в первую очередь, они должны искать будущее в России.

Знаете, за что в России любят американские песни? Американские песни представляют американскую душу! Поэтому, если вы как исполнительница хотите добиться успеха на западе, вам нужно показать в своей музыке русскую душу. Мне как слушателю совершенно не интересен российский музыкант, который подражает западному. Почему всем так понравились «Тату»? Потому что они были очень-очень русскими.

— Ведь не нужно стесняться, нужно быть самим собой, да? Но все равно нужно пытаться выйти за пределы своей сути, к примеру, как Бьорк. Она гений!

— Да, важно иметь собственное, яркое лицо в музыке. Меня как-то пригласили на большое телешоу, где положение дел в музыкальной индустрии собрались обсудить известные музыканты и звукозаписывающие студии. И им было интересно мое мнение по поводу ситуации с музыкой в России. Это была немножко зыбкая почва для меня, ну, потому что, как ответить на это вопрос? И я решил ответить так: «Давай, Россия, просыпайся уже! Потому что если бы не было российской музыки, не было бы и европейской музыки». Иными словами, я должен сказать, что я по-настоящему верю в будущее российской музыки, и лично ты, Галина, дала мне большую на это надежду, после того, как я прослушал твои записи.

У меня есть вопрос к тебе. Ты записала свой религиозный альбом, чтобы возродить забытую музыку, чтобы вдохнуть в нее жизнь. Откуда вообще эта идея появилась в твоей голове?

— Я закончила профессиональное дирижерско-хоровое отделение, играла в оркестре на виолончели и контрабасе. В свое время на меня произвело впечатление «Месса си-минор» Баха, Рахманинов, Шостакович, Скрябин, Брамс, Чесноков, Танеев, из современных Кикта. С тех пор я знала, что когда окрепну, то обязательно займусь большим произведением. Кстати, мы планируем гастроли по Америке с псалмами. Как вы думаете, есть ли что-то подобное в этой стране?

— Я думаю, что и гастроли будут интересны американской публике, а также присутствие этих псалмов в кино.

— Насколько совместимы музыка и политика? Насколько музыкант должен принимать активное участие в политических движениях, политических высказываниях и так далее?

— Я живу в Швеции, а жена у меня русская. Когда мы встречаемся с людьми, совершенно невозможно избежать разговоров про Путина. Это сразу порождает очень много негатива и мне этот не нравится. Поэтому я считаю, что музыканту нужно заниматься только музыкой, что может быть прекрасней искусства ради искусства? (Улыбается) ну, а какие у тебя какие впечатления о западной музыкальной индустрии, ты ведь имеешь опыт работы в Америке и Германии?

— Я с большим удовольствием сотрудничала, в течении двух лет в Сиэтле с небольшим американским лейблом и была очень удивлена, что им понравился мой первый акустический альбом. Целый год я думала, зачем они мне предлагают сотрудничество, было похоже на безумие (смеется). И когда мне прислали оплаченный чек в студии на сорок часов, студию и прилетели в Москву, то тогда я поверила. Работала с большим удовольствием, и это изменило мое мышление. У меня была учительница по вокалу, которая похожа на Билли Холидей, она говорила «научись петь тиха так, как ты поешь громко». Мне бы хотелось объединить русскую, американскую и европейскую музыкальные культуры и не только. Это было бы здорово! 

— А самое важно, чему научила тебя большая женщина, похожая на Билли Холидей?

— Не орать на самых верхних нотах (Смеётся), еще научила внутренней свободе, однородному звучанию и главное избегать стресса. Мой диапазон расширился до четырех октав с её помощью, и я уверена, что каждый человек может петь. А что тебе больше всего запомнилось в этот визит в Россию?

— Я был в музее икон, он удивительный! И меня поразило, что он бесплатный.

galina_bosya

— Человек, который занимается этими иконами, мой хороший друг, его зовут Александр Липницкий! Он играет на бас-гитаре в очень известной фрик-группе и реставрирует старинные русские иконы. 

— Когда я был в этом музее, меня посетила мысль, что на глобальные перемены в России, если говорить о музыке, способен только тот человек, который не ищет никакой экономической выгоды, а лишь хочет сделать свой вклад в искусство. Да и русский музыкальный рынок – это всего лишь 2 миллиона долларов. В мировых масштабах – это ни о чем. Это очень маленький музыкальный рынок (смеётся)

— Как вы думаете, могли бы мы посотрудничать в музыкальном плане? 

— Да, конечно, потому что когда я встречаюсь с человеком, который мне интересен и чья музыка мне интересна, последнее, о чем я думаю, это деньги, сделки, договоры и стратегии. Мне скорее интересно, что мы вместе можем сделать в плане музыки, так что давай попробуем! 

— А что вы пожелаете российским музыкантам?

— Больше верьте в себя! В России я все время слышу разговоры, мол, это низкого качества, тут мы должны использовать иностранных специалистов . Ребята, начинайте делать всё сами. Для страны, которая так культурно богата и имеет такое культурное наследие, это странная позиция! Вы первые, кто полетел в космос, вы сыграли решающую роль во Второй мировой войне, если бы не Россия, может быть, мы бы сейчас все по-немецки говорили. Так что прочь сомнения и полный вперёд! 

Подготовила Наталья КРАСИЛЬНИКОВА

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here