— Что стало отправной точкой для вашего решения обратиться именно к «Мастеру и Маргарите», и как вы искали свой уникальный визуальный язык для интерпретации этого многогранного произведения?
— «Мастер и Маргарита» — это один из тех романов, к которым можно возвращаться бесконечно. Каждый раз читаешь его как будто заново и замечаешь что-то, чего раньше не видел. Мне захотелось сделать то же самое, только не словами, а через живопись.
При этом для меня было важно не иллюстрировать роман, а перевести булгаковский мир на свой визуальный язык — язык плоскости, локального цвета, ритма и символа. Упростить форму так, чтобы она не потеряла смысл, а наоборот, стала более концентрированной. В результате получилась не серия картин по мотивам романа, а скорее мой личный разговор с Булгаковым.
— В описании выставки говорится о «превращении фигур и сцен в символичные образы». Могли бы вы привести пример такой трансформации и рассказать, какие смыслы вы вкладывали в эти символы?
— Например, Кот Бегемот для меня — это уже не просто герой романа. Он становится символом свободы от правил, абсурда и способности переворачивать привычную реальность с ног на голову. Мне кажется, именно поэтому его так любят читатели, ведь он постоянно нарушает порядок вещей и делает это с абсолютно серьёзным выражением морды.
Или Маргарита. Для меня это не столько конкретный литературный персонаж, сколько образ человека, который однажды перестаёт жить по чужим ожиданиям. Поэтому в картинах меня интересовал не её портрет, а состояние — внутреннее освобождение, смелость сделать шаг в неизвестность.
— Образ Маргариты назван ключевым мотивом выставки, символизирующим путь внутреннего освобождения. Как вы передали эту динамику — от тревоги к полету и свободе — через цвет, форму и композицию ваших работ?
— Маргарита для меня, наверное, самый современный персонаж романа. Она не ждёт, когда жизнь изменится сама, а принимает решение и делает шаг навстречу неизвестности. Эту историю мне хотелось показать не буквально, а через настроение. В начале серии появляются более сдержанные композиции, ощущение внутреннего напряжения. Постепенно формы становятся свободнее, а движения смелее. В итоге, полёт Маргариты — это не столько сцена из романа, сколько метафора внутренней свободы.
— Персонажи вроде Кота Бегемота и Аннушки представлены не только как сюжетные элементы, но и как символы абсурда и игры. Какую роль, по вашему мнению, играют эти «ироничные» герои в вашем прочтении романа?
— Мне кажется, без них роман вообще был бы другим. Именно они постоянно напоминают, что мир не всегда подчиняется логике. Бегемот может устроить хаос с абсолютно невозмутимым видом, а Аннушка одним разлитым маслом изменить судьбы людей. Мне нравится, что Булгаков показывает: иногда самые серьёзные события начинаются с какой-то нелепой случайности. Это очень современная мысль. Мы привыкли всё планировать, а потом жизнь открывает свои комментарии и пишет совершенно другой сценарий.
— Вы подчеркиваете, что выставка — это не пересказ, а попытка «прожить книгу заново». Что, на ваш взгляд, самое важное, что зритель может вынести из вашего «визуального прочтения» классического романа Булгакова?
— Мне бы хотелось, чтобы после выставки зрителю захотелось не искать совпадения с текстом, а снова открыть роман. Или наоборот, сначала посмотреть на картины, а потом познакомиться с книгой. Если мои работы помогут кому-то посмотреть на Булгакова чуть менее привычным взглядом, значит, всё получилось. Ведь классика существует именно потому, что каждое поколение читает её по-своему. А я просто предложила свой способ прочтения — через цвет, форму и немного иронии.
Беседовала Екатерина САМИТИНА,
Фото: личный архив Л. ЛАНГЕ
