Мира Салье — молодая писательница из Алтайского края, чьи книги уже завоевали сердца поклонников фэнтези. Ее дебютный цикл «Мальн. Кровь и стекло» познакомил читателей с масштабным магическим миром, а новая дилогия «Пустая» — с мрачной готической историей о детях света и тьмы. Мы поговорили с Мирой о том, как рождались ангелы и демоны Риналии, почему ее героиня — «пустая» и как получается балансировать между светом и тьмой.
— Мира, вы родом из Алтайского края — поистине магического края, в котором множество сакральных мест, связанных с древними традициями, легендами и верованиями. Чувствуете ли вы отголоски этой энергетики в своем творчестве? Есть ли на Алтае место, которое вы могли бы назвать своим «порталом» в мир фэнтези?
— Я родилась в Алтайском крае (Барнаул), который многие путают с Республикой Алтай (Горный Алтай). Но больше десяти лет я действительно жила и работала именно в Горном Алтае. И он не может не вдохновлять. Безусловно, я чувствую отголоски этой энергетики в своем творчестве. Будучи поклонником «Властелина колец», я часто путешествовала по горам и мечтала создать свой уникальный мир и народ. Есть ли на Алтае место, которое можно назвать «порталом» в мир фэнтези? Сложно выбрать одно место. Таких «порталов» очень много, через которые ты словно попадаешь в другой мир: перевал Куту-Ярык, гейзерное-голубое озеро, горы на Телецком озере…
— Ваш дебютный цикл «Мальн» — это масштабное фэнтези с интригами, магической системой и эпическими сражениями. Как появился этот мир? Вы задумали его еще в детстве или он родился уже во взрослом возрасте?
— Как я уже упомянула в предыдущем ответе: будучи поклонником «Властелина колец», я часто путешествовала по горам и мечтала создать свой уникальный мир и народ. А переехав после многих лет жизни с Горного Алтая в Новосибирск, я некоторое время чувствовала опустошение, тоску… Творчество стало для меня способом заполнить эту пустоту и воплотить свои мечты в жизнь. Мир мальнов сразу возник в голове, осталось только начать писать.
— В основе конфликта трилогии лежит раскол некогда единого народа на светлых и темных, но в ваших книгах нет однозначных злодеев. Когда вы создаете героев, насколько сложно балансировать между светом и тьмой, чтобы читатель мог понять и принять мотивы даже «отрицательного» персонажа?
— Для меня было очень важно, чтобы читатель понял, почему «отрицательный» персонаж стал именно таким. Не оправдать его поступки, а понять его мотивацию, познакомиться с историей его жизни. Поэтому, да, во всех моих книгах нет однозначного злодея, даже если по-началу он кажется таковым.
— После «Мальнов», где герои борются за власть и свободу, вы обратились к совершенно другой эстетике — готической, мрачной. В ней есть ангелы с золотой кровью и демоны, живущие во тьме. Почему вы решили исследовать именно эту грань фэнтези?
— Так как «Мальн» — это героическое фэнтези, после завершения трилогии мне захотелось окунуться в романтику. Идея написать дилогию переросла в желание создать историю с новым миром и народами, которые по эстетике совершенно непохожи на мальнов. Плюс, я очень люблю красный цвет.
— Ваша героиня Делла — «пустая». Она лишена дара и крыльев. С чего начался ее образ? Почему вы решили сделать главной героиней ту, кого все презирают и считают никчемной?
— Делла — это тот персонаж, которого всю жизнь презирали и подавляли. Но, несмотря на все лишения и унижения, враг не смог сломить ее волю. Делла сильная, хоть и сама не понимала, насколько. И я горжусь своей героиней, которая шаг за шагом шла по пути к новой жизни: училась принимать себя, познавала свои силы и возможности. И, конечно, обрела настоящую любовь.
— Сегодня и в жизни, и в литературе часто можно встретить стремительную романтику. Почему вы выбрали именно такой путь для Деллы и Кэллама? Чем вас привлекает такой темп повествования и развития?
— В дилогии о «Пустой» — «фастберн». Между героями моментально вспыхивает необъяснимое желание, причины которого будут ясны читателю чуть позже, и стремительно зарождаются отношения. И со временем желание, возникшее между героями, перерастает в любовь.
— В вашей истории любовь — это не награда, а испытание. Герои проходят через предательство, потерю памяти, чужие игры. Что для вас как автора самое важное в любовной линии?
— В любовной линии для меня важно создать между героями органичную химию, показать, как один человек становится для другого целым миром, чтобы читатель безоговорочно поверил в их чувства и сопереживал им до последней страницы. И да, в моей истории герои проходят через сложнейшие испытания, и, наверное, для меня самое важное, чтобы в конце они все-таки обрели друг друга. Иного исхода я не принимаю ни как автор, ни как читатель.
— В ваших книгах очень много внимания уделено деталям: золотая кровь мирийцев, кровавая магия ринальцев, крылья, которые можно потерять и обрести заново. Как вы придумываете такие детали?
— Ох, трудно сказать. Чаще всего разные образы как-то сами собой возникают в моей голове, стоит только немного побыть в одиночестве и тишине. Иногда приходится собирать детали из личных вкусов, наблюдений и полета фантазии и превращать их в «живую ткань» вымышленного мира и его героев. Оставлять только те детали, которые усиливает атмосферу моей новой вселенной и лучше раскрывают ее персонажей, чтобы история стала по-настоящему живой.
— Ваш первый цикл «Мальн» и «Пустая» — это очень разные миры. Есть ли между ними что-то общее, кроме вашего авторского почерка? Может быть, есть персонажи или идеи, которые перешли из одного мира в другой?
— «Мальн» и «Пустая» — полностью авторские миры с новыми народами. Наверное, в этом их схожесть. Еще я бы добавила то, что в обеих историях у меня возникла идея после первой части вывести второстепенных персонажей (пару) на один уровень с главными. Не затмевать их, а идти бок о бок, чтобы история заиграла новыми свежими красками. А в остальном — это совершенно разные циклы.
— Если бы вам предложили написать книгу в совершенно новом для себя жанре — что бы это могло быть? Есть ли что-то, о чем вы давно мечтаете написать, но пока не решаетесь?
— Возможно, я бы попробовала написать СЛР про студенческую жизнь и спорт в стиле любимых ромкомов 2000-х, где герои балансируют между изнуряющими тренировками, учебным стрессом и запретными чувствами на фоне кампуса. Но не знаю, смогу ли когда-нибудь решиться.
Изображения предоставлены пресс-службой Издательства ЭКСМО
