Святой Свет

522

Исто­ри­че­ские сви­де­тель­ства схож­де­ния Бла­го­дат­но­го огня

Бла­го­дат­ный огонь, соше­ствие кото­ро­го про­ис­хо­дит в Вели­кую Суб­бо­ту в хра­ме Вос­кре­се­ния в Иеру­са­ли­ме, гре­ки назы­ва­ют «Свя­тым Све­том». Иссле­до­ва­нию его соше­ствия на про­тя­же­нии исто­рии хри­сти­ан­ства посвя­ще­на моно­гра­фия гре­че­ско­го архи­тек­то­ра Хара­лам­но­са К. Скар­ла­ки­ди­са «Свя­той Свет». До наших дней дошли 45 исто­ри­че­ских сви­де­тельств хри­сти­ан­ских и нехри­сти­ан­ских авто­ров, осно­ван­ных на иссле­до­ва­нии руко­пи­сей раз­ных эпох.

Схождение благодатного огня в храме Гроба Господня в Иерусалиме

Сло­ва Хри­ста о том, что Он в тре­тий день вос­крес­нет, были извест­ны в Иеру­са­ли­ме. Поэто­му, в тре­тий день, еще до рас­све­та у Гро­ба Хри­ста собра­лось мно­же­ство людей. Сре­ди них были грек Гер­ми­дий — био­граф пра­ви­те­ля Иудеи, и сири­ец Эйшу — врач Пила­та, выда­ю­щий­ся уче­ный сво­е­го вре­ме­ни. Наи­бо­лее пол­ное опи­са­ние про­изо­шед­ше­го в то утро оста­вил Гер­ми­дий. Он пишет: « При­бли­зив­шись ко гро­бу мы виде­ли в сла­бом све­те утрен­ней зари стра­жу у гро­ба. Два чело­ве­ка сиде­ли, осталь­ные лежа­ли на зем­ле. Было очень тихо. Мы шли мед­лен­но, нас обо­гна­ла стра­жа, шед­шая на сме­ну той кото­рая нахо­ди­лась с вече­ра. Вдруг ста­ло очень свет­ло. Мы не мог­ли понять отку­да этот свет. Но вско­ре уви­де­ли, что он исхо­дит от дви­жу­ще­го­ся свер­ху сия­ю­ще­го обла­ка. Оно спу­сти­лось ко гро­бу, и над зем­лей там пока­зал­ся Чело­век, как бы весь све­тя­щий­ся. Затем раз­дал­ся удар гро­ма, но не на небе а на зем­ле. От это­го уда­ра стра­жа вско­чи­ла, потом упа­ла. В это вре­мя ко гро­бу спра­ва от нас спус­ка­лась жен­щи­на. Вдруг она закри­ча­ла: «Откры­лось! Откры­лось». И в этот миг ста­ло вид­но, что дей­стви­тель­но очень боль­шой камень, лежа­щий на гро­бе, как бы сам собой под­нял­ся и открыл гроб. Мы очень испу­га­лись. Через неко­то­рое вре­мя свет над гро­бом исчез, ста­ло тихо как обык­но­вен­но. Когда мы при­бли­зи­лись ко гро­бу, ока­за­лось, что там нет тела погре­бен­но­го человека.»

Таким обра­зом, соглас­но Гер­ми­дию, чудо Свя­то­го Све­та впер­вые яви­лось во гро­бе Иису­са Хри­ста в момент Его Вос­кре­се­ния, когда несрав­нен­но яркий свет напол­нил все пространство.

Из уче­ни­ков Хри­ста пер­вой ко Гро­бу при­шла, как извест­но, Мария Маг­да­ли­на. В Еван­ге­лии от Иоан­на мы чита­ем: «В пер­вый же день неде­ли Мария Маг­да­ли­на при­хо­дит ко гро­бу рано, когда было еще тем­но, и видит, что камень отва­лен от гро­ба. Итак, бежит к Симо­ну Пет­ру и к дру­го­му уче­ни­ку, кото­ро­го любил Иисус и гово­рит им: «Унес­ли Гос­по­да из гро­ба, и не зна­ем , где поло­жи­ли Его. Тот час вышел Петр и дру­гой уче­ник и пошли ко гро­бу. Они бежа­ли оба вме­сте, но дру­гой уче­ник бежал ско­рее Пет­ра, и при­шел ко гро­бу пер­вый, и накло­нив­шись, уви­дел лежа­щие пеле­ны, но не вошел во гроб. Вслед за ним при­хо­дит Симон Петр, и вхо­дит во гроб, и видит одни пеле­ны лежа­щие…» ( Ин.20,1–6).

Как под покро­вом тем­но­ты Петр и Иоанн мог­ли уви­деть внут­ри гро­ба пеле­ны, покры­вав­шие Тело Хри­ста? Ответ на этот вопрос дает свя­ти­тель Гри­го­рий Нис­ский в сво­ем сло­ве « О Вос­кре­се­нии Иису­са Хри­ста»: « Уви­дев, быв­шие с Пет­ром, уве­ро­ва­ли…, ибо гроб был полон Све­та, так, что хотя и ночь еще была, одна­ко дву­мя обра­за­ми виде­ли то, что внут­ри — чув­ствен­но и духовно».

Иоанн Дамас­кин в «Сло­ве на Вели­кую Суб­бо­ту» так­же ука­зы­ва­ет, что Свет вос­си­яв­ший на Гро­бе Гос­под­нем в ту ночь, был Нетвар­ным Све­том Боже­ствен­но­го Созда­те­ля, как во вре­мя Пре­об­ра­же­ния Хри­ста на горе Фавор. «Этот бли­ста­ю­щий све­то­нос­ный день Свя­то­го Вос­кре­се­ния, когда Нетвар­ный свет ощу­ти­мо для зре­ния из гро­ба исхо­дит, как жених пре­крас­ный кра­со­тою Вос­кре­се­ния», — пишет он.

Сви­де­тель­ства о соше­ствии Бла­го­дат­но­го огня в ран­не­хри­сти­ан­ский пери­од не сохра­ни­лись. Пер­вое доку­мен­таль­ное сви­де­тель­ство об этом чуде мы нахо­дим у армян­ско­го исто­ри­ка Кира­ка­са Ган­дза­ке­ти (1201–1271г). Он сооб­ща­ет, что свя­той Гри­го­рий, про­све­ти­тель Арме­нии, ста­вил лам­па­ду на Гроб Хри­стов и в молит­вах про­сил Бога, что­бы в празд­ник Пас­хи это место было осве­ще­но Све­том неве­ще­ствен­ным. После молитв свя­то­го лам­па­да чудес­ным обра­зом заго­ре­лась. Поз­же, когда меж­ду армя­на­ми и гру­зи­на­ми про­изо­шел спор по пово­ду даты празд­но­ва­ния Пас­хи, его раз­ре­шил Бла­го­дат­ный огонь, зажег­ший неуга­си­мую лам­па­ду в пра­виль­ную дату. Опи­сан­ное собы­тие про­изо­шло меж­ду 326–331гг., то есть в пери­од стро­и­тель­ства хра­ма Воскресения.

Свя­той Фео­дор Сав­ва­ит (ок.776–836гг.) про­вел 41 год в мона­сты­ре свя­то­го Сав­вы. Здесь он был руко­по­ло­жен во епи­ско­пы и участ­во­вал в свя­щен­но дей­ствии свя­то­го све­та. Автор жития свя­то­го, Васи­лий Эмес­ский повест­ву­ет: «…..в Вели­кую Суб­бо­ту, после зажже­ния лам­пад Свя­то­го Вос­кре­се­ния небес­ным Све­том, сослу­жил пат­ри­ар­хом и совер­шил свет­лый празд­ник свя­то­го и вели­ко­го Воскресения».

Араб­ский зако­но­вед Ибн Аль — Касс (конец IX-946гг.), автор мно­го­чис­лен­ных исто­ри­че­ских тру­дов. оста­вил сле­ду­ю­щее подроб­ное опи­са­ние схож­де­ния Бла­го­дат­но­го огня:

«На хри­сти­ан­скую Пас­ху, в Вели­кую Суб­бо­ту, веру­ю­щие поки­да­ют место, где рас­по­ло­жен Гроб, и соби­ра­ют­ся вокруг ска­лы, окру­жен­ной решет­ка­ми. Отсю­да они смот­рят на Гроб и вме­сте молят­ся и кла­дут поклон перед Богом Все­выш­ним с утрен­ней молит­вы и до зака­та солн­ца. Там же нахо­дят­ся Эмир и имам мече­ти. Пра­ви­тель запи­ра­ет две­ри Гро­ба. Никто не дви­га­ет­ся с места до тех пор, пока не появ­ля­ет­ся свет, похо­жий на белый огонь, исхо­дя­щий из Гро­ба. Тогда пра­ви­тель откры­ва­ет две­ри Гро­ба и вхо­дит со све­чей в руке, зажи­гая ее от это­го све­та и затем выхо­дит. Пла­мя зажжен­ной све­чи не обжи­га­ет. Он пере­да­ет ее има­му, кото­рый пере­но­сит ее и зажи­га­ет лам­па­ды мече­тей. Когда све­ча прой­дет через трое рук, она начи­на­ет жечь и ста­но­вит­ся огнем. Затем состав­ля­ет­ся отчет о том, что огонь сошел в такой-то час и день. Если в тот день огонь сошел во вре­мя молит­вы, то для них это знак того, что год будет непло­до­род­ным, но не засуш­ли­вым. Если огонь сошел в полу­ден­ный час, это знак того, что год будет голодным».

В этом опи­са­нии мож­но выде­лить сле­ду­ю­щие моменты:

- гроб заперт и пуст;

-? пра­во­слав­ный Пат­ри­арх совер­ша­ет молит­ву за пре­де­ла­ми Гроба;

-? мусуль­мане пол­но­стью кон­тро­ли­ру­ют священнодействие;

-? имам зажи­га­ет от Свя­то­го Све­та лам­па­ды мече­ти купо­ла ска­лы, от све­чи кото­рую полу­ча­ет от султана.

-? Опи­сан­ные собы­тия про­ис­хо­дят в пер­вой поло­вине X в., когда отно­ше­ния меж­ду хри­сти­а­на­ми и мусуль­ма­на­ми обострились.

На пас­ху 947 г. гре­че­ский свя­щен­но­слу­жи­тель Ники­та при­бы­ва­ет в Иеру­са­лим в каче­стве пред­ста­ви­те­ля импе­ра­то­ра Кон­стан­ти­на VII Баг­ря­но­род­но­го для пере­да­чи Пат­ри­ар­ху Хри­сто­ду­лу импе­ра­тор­ских даров и уча­стии в схож­де­нии Бла­го­дат­но­го огня. После тор­же­ства Ники­та состав­ля­ет посла­ние импе­ра­то­ру, где сооб­ща­ет, что 7 апре­ля 947 г. утром Вели­кой Суб­бо­ты, в Иеру­са­лим при­был мусуль­ман­ский эмир, послан­ник хали­фа Баг­дад­ско­го. Эмир сооб­щил Пат­ри­ар­ху, что ему при­ка­за­но запре­тить свя­щен­но­дей­ствие Свя­то­го Све­та из-за его огром­но­го вли­я­ния на мусуль­ман. Ники­та нахо­дил­ся в этот момент рядом с Пат­ри­ар­хом, был оче­вид­цем опи­сы­ва­е­мой бесе­ды и все­го того, что про­изо­шло в хра­ме. Эмир заме­нил фитиль неуга­си­мой лам­па­ды на мед­ный, что­бы чуда не про­изо­шло. Одна­ко, несмот­ря на эти коз­ни, лам­па­да загорелась.

В 1009 г. халиф Егип­та аль-Хаким при­ка­зал раз­ру­шить и срав­нять с зем­лей храм Вос­кре­се­ния и мно­же­ство дру­гих хри­сти­ан­ских хра­мов и мона­сты­рей, что­бы оста­но­вить поток палом­ни­ков, кото­рые еже­год­но в пери­од Пас­хи тыся­ча­ми отправ­ля­лись с кара­ва­на­ми вер­блю­дов из Каи­ра в Иеру­са­лим. Одна­ко хри­сти­ане Егип­та узна­ли о пла­нах хали­фа и уве­до­ми­ли Пат­ри­ар­ха Иеру­са­лим­ско­го, кото­рый успел забрать из хра­ма все свя­ты­ни. Мусуль­мане не огра­ни­чи­лись раз­ру­ше­ни­ем Куву­к­лии, но уни­что­жи­ли даже часть ска­лы, кото­рая явля­лась пер­во­на­чаль­ной насто­я­щей кры­шей Гро­ба Господня.

После убий­ства хали­фа аль-Хаки­ма в Куву­к­лии были про­ве­де­ны вос­ста­но­ви­тель­ные рабо­ты, одна­ко храм вос­ста­нов­лен не был и не имел верх­не­го покры­тия. Вос­ста­но­ви­тель­ные рабо­ты завер­ши­лись в 1048 г. при импе­ра­то­ре Кон­стан­тине Моно­ма­хе. Свя­щен­но­дей­ствие, сопро­вож­дав­шее схож­де­ния Бла­го­дат­но­го огня до 1048 г. совер­ша­лось сре­ди раз­ва­лин хра­ма. Мусуль­мане бро­са­ли кам­ни в свя­щен­ни­ков, а в слу­чае если бы Бла­го­дат­ный огонь не сошел, веру­ю­щим угро­жа­ла смерть. Фран­цуз­ский епи­скоп Одоль­рик, посе­тив­ший Свя­тую Зем­лю в 1025–1028гг., опи­сы­ва­ет такой слу­чай: «Уже смер­ка­лось, как вдруг в час, когда, как наде­я­лись, дол­жен был появить­ся Свет, некий сара­цин, бес­стыд­ней­ший насмеш­ник… как толь­ко пока­зал­ся Свет, вскри­чал, как кри­чат хри­сти­ане, « Свят! Гос­по­ди, поми­луй» и, изде­ва­тель­ски хохо­ча, про­тя­нул руку, выхва­тил све­чу у одно­го хри­сти­а­ни­на и побе­жал прочь. Но все­лил­ся в него бес и под­верг силь­ней­шим муче­ни­ям. Хри­сти­а­нин поспе­шил за ним. Забрал свою све­чу. А этот чело­век умер в страш­ных муче­ни­ях. Это собы­тие испу­га­ло всех сара­цин. В эту мину­ту Свет вырвал­ся из семи вися­чих лам­пад и быст­ро зажег все остальные».

На Клер­мон­ском Собо­ре в 1095 году во Фран­ции Папа Урбан II офи­ци­аль­но объ­явил о нача­ле 1‑го Кре­сто­во­го похо­да. Речь была про­из­не­се­на под откры­тым небом за сте­на­ми горо­да, ибо ни одно поме­ще­ние не мог­ло вме­стить всех собрав­ших­ся. Поми­мо про­че­го папа гово­рил и о чуде схож­де­ния Огня: «сколь дра­го­цен­ным был бы вожде­лен­ный, несрав­нен­ный Гроб Гос­по­день, даже если бы Бог и не совер­шал там еже­год­но­го чуда! Ибо в Страст­ную неде­лю все пога­шен­ные лам­па­ды в гро­бе и вокруг него в хра­ме вновь воз­го­ра­ют­ся по Божи­ей воле. Чье серд­це, о бра­тии, ока­ме­не­ло настоль­ко, что столь вели­кое чудо не тро­га­ет его? Поверь­те мне, чело­век, чье серд­це не веру­ет, полу­чив такой боже­ствен­ный знак бла­го­да­ти, есть бес­чув­ствен­ная скотина».

В июле 1098 г. кре­сто­нос­цы захва­ти­ли Иеру­са­лим. Пред­во­ди­тель рыца­рей Гот­ф­рид Бульон­ский отка­зал­ся име­но­вать­ся коро­лем в горо­де, где Иисус Хри­стос был коро­но­ван тер­но­вым вен­цом и огра­ни­чил­ся титу­лом «Защит­ник Гро­ба Гос­под­ня». Гре­че­ский Пат­ри­арх Симе­он, изгнан­ный мусуль­ма­на­ми на Кипр, воз­вра­тил­ся в Иеру­са­лим, одна­ко лати­няне запре­ти­ли ему совер­шать бого­слу­же­ние в хра­ме Вос­кре­се­ния и выну­ди­ли вновь поки­нуть город. В декаб­ре 1099 г. Латин­ским пат­ри­ар­хом Иеру­са­ли­ма стал Дайм­берт, архи­епи­скоп Пизан­ский, при­быв­ший в Свя­тую Зем­лю летом 1099 г.

В Вели­кую Суб­бо­ту 1100 г. Дайм­берт стал пер­вым латин­ским Пат­ри­ар­хом Иеру­са­лим­ским, воз­гла­вив­шим свя­щен­но­дей­ствие Свя­то­го Све­та. Несмот­ря на то, что все совер­ша­лось соглас­но уста­нов­лен­но­му поряд­ку, Бла­го­дат­ный огонь впер­вые не сошел. Свя­щен­но­дей­ствие было рас­тя­ну­то на несколь­ко часов, молит­вы повто­ря­лись, оста­ва­ясь, одна­ко без отве­та. Латин­ские свя­щен­ни­ки поня­ли, что их дей­ствия были неугод­ны Богу, и при­зва­ли кре­сто­нос­цев пока­ять­ся в сво­их гре­хах, и, в первую оче­редь, в мас­со­вых убий­ствах, учи­нен­ных в Иерусалиме.

По завер­ше­нии это­го дли­тель­но­го раз­би­ра­тель­ства, уже с наступ­ле­ни­ем ночи, как сооб­ща­ют исто­ри­ки, Бла­го­дат­ный огонь все же сошел. Это был един­ствен­ный слу­чай в исто­рии когда Его соше­ствие совер­ши­лось не по молит­ве пра­во­слав­но­го священнослужителя.

В Вели­кую Суб­бо­ту 1101 г. Пат­ри­арх Дайм­берт сно­ва воз­гла­вил свя­щен­но­дей­ствие по схож­де­нию Бла­го­дат­но­го огня. Один из оче­вид­цев так опи­сы­ва­ет это: «тогда, по про­ше­ствии девя­то­го часа дня, наш Пат­ри­арх после пения « Гос­по­ди поми­луй» в тре­тий раз взял клю­чи от Свя­то­го Гро­ба и, открыв дверь, вошел внутрь. Одна­ко, уви­дев, что ожи­да­е­мый Свет не появил­ся, он упал на коле­ни перед Гро­бом со сле­за­ми на гла­зах и молил все­мо­гу­ще­го Бога внять, молит­вам людей и послать им, как и преж­де Свет. Мы со сво­ей сто­ро­ны, пели «Гос­по­ди поми­луй» и повто­ря­ли наши молит­вы Все­выш­не­му, наде­ясь, что Пат­ри­арх, вый­дя из Все­свя­то­го Гро­ба, выне­сет нам отту­да послан­ный Гос­по­дом Свет. Одна­ко, когда несмот­ря на про­дол­жав­ши­е­ся горя­чие при­зы­вы и молит­вы, он с вели­чай­шей скор­бью вышел из Гро­ба и пока­зал, что не обрел огня, мы были испу­га­ны и опе­ча­ле­ны». Основ­ным винов­ни­ком нис­хож­де­ния огня сочли воз­гла­вив­ше­го цере­мо­нию Пат­ри­ар­ха Дайм­бер­та. Немец­кий хро­нист Аль­берт Аахен­ский (XII в.) в сво­ей «Исто­рии Иеру­са­ли­ма» пишет, что Дайм­берт что обма­нул Папу Рим­ско­го и ута­ил дра­го­цен­ные дары испан­ско­го коро­ля Аль­фон­са VI, исполь­зо­вав их для того, что­бы стать Иеру­са­лим­ским Пат­ри­ар­хом, а так­же сокрыл от коро­ля Бол­ду­и­на I 2000 золо­тых монет. Поми­мо это­го, хро­нист обви­ня­ет Дайм­бер­та в том, что после втор­же­ния гену­эз­ско­го фло­та на Кефа­ло­нию, по его ука­за­нию, было истреб­ле­но гре­че­ское хри­сти­ан­ское население.

После неуда­чи Дам­берт взо­шел на воз­вы­шен­ное место и про­из­нес длин­ную речь, пол­ную ссы­лок на свя­щен­ное Писа­ние, кото­рое он пре­крас­но знал, а в заклю­че­ние обви­нил само­го себя, при­знав­шись перед все­ми, что вино­ват во всем и досто­ин нака­за­ния. Содер­жа­ние речи Пат­ри­ар­ха сохра­ни­лось. Само­кри­тич­ность и при­зна­ние его виды, дела­ют ему честь. Одна­ко нуж­но отме­тить, что заво­е­ва­тель­ная поли­ти­ка кре­сто­нос­цев про­дол­жа­лась и была весь­ма жесто­кой к мест­но­му населению.

На сле­ду­ю­щее утро лати­няне во гла­ве с Дайм­бер­том сно­ва напра­ви­лись на служ­бу в храм. Одна­ко спер­ва они реши­ли совер­шить крест­ный ход к глав­ным като­ли­че­ским хра­мам, кото­рые нахо­ди­лись на Хра­мо­вой горе и были пере­де­лан­ны­ми мусуль­ман­ски­ми мече­тя­ми. В это вре­мя у хра­ма Гро­ба Гос­под­ня ста­ли молить­ся гре­ки, сирий­цы, армяне. И когда като­ли­ки еще толь­ко шли по направ­ле­нию к хра­му, в Куву­к­лии воз­го­рел­ся Свя­той Свет. Клю­чи от Куву­к­лии были у като­ли­че­ско­го Пат­ри­ар­ха. Вой­дя в храм, он открыл решет­ку и стал раз­да­вать Бла­го­дат­ный Огонь. Затем после пер­во­го явле­ния Свя­то­го Све­та про­изо­шло как бы Его вто­рое схож­де­ние, когда в хра­ме после­до­ва­тель­но заго­ре­лись 50 лам­пад. Через несколь­ко меся­цев Дайм­берг был сме­щен, а латин­ский король Бал­ду­ин I пору­чил воз­глав­лять свя­щен­но­дей­ствие Свя­то­го Све­та гре­че­ско­го архи­ерея — насто­я­те­ля мона­сты­ря Сав­вы освященного.

То, что свя­щен­но­дей­ствие Свя­то­го Све­та воз­глав­лял гре­че­ский архи­ерей, под­твер­жда­ет рас­сказ рус­ско­го игу­ме­на Дани­и­ла, посе­тив­ше­го Иеру­са­лим в 1105–1107 гг. Король Бал­ду­ин раз­ре­шил отцу Дани­и­лу поста­вить свою лам­па­ду на Гро­бе Гос­под­нем. Посколь­ку в голо­вах Хри­ста ста­ви­лась гре­че­ская лам­па­да, на гру­ди — лам­па­да мона­сты­ря Сав­вы Освя­щен­но­го, Дани­ил поста­вил свою лам­па­ду в ногах Хри­ста. «И тогда вне­зап­но вос­си­ял Свет свя­той во гро­бе свя­том: вышло бли­ста­ние страш­ное и свет­лое из Гро­ба Гос­под­ня Свя­то­го», — пишет он.

Наря­ду с Папой Урба­ном II чудо схож­де­ния Бла­го­дат­но­го огня вос­хва­ля­ет и Петр Досто­по­чтен­ный, свя­той Рим­ско-Като­ли­че­ской церк­ви В речи, про­из­не­сен­ной меж­ду 1146 и 1147 года­ми перед Папой Рим­ским он ска­зал: «Итак, в этом году, о Гос­по­ди все­силь­ный Создатель…Ты явля­ешь, что молит­вы и обе­ты хри­сти­ан Тво­их угод­ны Тебе. Ты направ­ля­ешь Огонь с неба на Гроб Сына Тво­е­го, кото­ро­го толь­ко они(христиане) почи­та­ют. Этим же самым Огнем, зажи­га­ешь в серд­цах их огонь люб­ви к Тебе. Его све­том осве­ща­ешь их, сей­час и навсе­гда. И тогда как невер­ные вра­ги Хри­ста Тво­е­го пре­зи­ра­ют смерть Его боль­ше, чем любые дру­гие дела сми­ре­ния, Ты, укра­шая моги­лу Его чудом тако­го Све­та, дока­зы­ва­ешь, как велик мрак заблуж­де­ния, в пле­ну кото­ро­го они нахо­дят­ся. И в то вре­мя, как они пре­зи­ра­ют преж­де все­го смерть Его мерт­во­го, ты чтишь преж­де все­го Гроб мертвого…Через Огонь, посы­ла­е­мый с неба, оза­ря­ешь Гроб, в кото­ром почил Сын Твой, став­ший ради нас жертвой».

Во вто­рой поло­вине XII века еги­пет­ско­му сул­та­ну Сал­лах-ад-Дину или, в евро­пей­ской тра­ди­ции, Сала­ди­ну (1138–1193) уда­лось объ­еди­нить мусуль­ман сред­не­го Восто­ка и в 1187 г. он раз­бил кре­сто­нос­цев. Сала­дин раз­ре­шил хри­сти­а­нам за выкуп поки­нуть оса­жден­ный Иеру­са­лим. Одна­ко, видя, что мно­гие не могут упла­тить нуж­ную сум­му, сам запла­тил за них и отпу­стил. Так­же Сала­дин пере­дал гре­кам храм Гро­ба Гос­под­ня и пра­во совер­шать свя­щен­но­дей­ствие Свя­то­го Све­та. Этот указ соблю­дал­ся все после­ду­ю­щие сто­ле­тия. В Вели­кую Суб­бо­ту 1192 г. Сала­дин при­сут­ство­вал в хра­ме. Когда зажглась неуга­си­мая лам­па­да, Сала­дин при­ка­зал пога­сить ее. Лам­па­да сно­ва зажглась. Лам­па­ду гаси­ли еще два раза и она сно­ва заго­ра­лась. Сул­тан был силь­но взвол­но­ван. Вдох­нов­лен­ный неким про­ро­че­ским духом он ска­зал, что ско­ро уйдет из этой жиз­ни. Во вре­мя сле­ду­ю­ще­го Вели­ко­го Поста он умер.

В Вели­кую Суб­бо­ту 1579 г. турец­кие пра­ви­те­ли запре­ти­ли гре­че­ско­му Пат­ри­ар­ху и пра­во­слав­ным веру­ю­щим вход в храм для тра­ди­ци­он­но­го свя­щен­но­дей­ствия Свя­то­го Све­та. Пат­ри­арх молил­ся, стоя сле­ва от вхо­да у одной колон­ны, и вдруг, когда уже насту­пи­ла ночь, колон­на трес­ну­ла, и Бла­го­дат­ный огонь вышел изнут­ри. Пат­ри­арх зажег свою све­чу и раз­дал Огонь веру­ю­щим. Пора­жен­ные турец­кие стра­жи откры­ли храм и пат­ри­арх в сопро­вож­де­нии мно­же­ства веру­ю­щих тор­же­ствен­но напра­вил­ся к Гро­бу Господню.

В завер­ше­ние при­ве­дем несколь­ко сви­де­тельств схож­де­ния Свя­то­го Све­та в Новое и Новей­шее вре­мя. В наше вре­мя моле­бен совер­ша­ет­ся рядом с Куву­к­ли­ей, а затем Пат­ри­арх раз­об­ла­ча­ет­ся, вхо­дит в Куву­к­лию и молит­ся там.

Монах Пар­фе­ний так пишет о свя­щен­но­дей­ствии 1846 г.: « Епи­скоп Меле­тий остал­ся один у вхо­да в Гроб Гос­по­день. Тур­ки раз­де­ли его и обыс­ка­ли, наде­ли омо­фор и поз­во­ли­ли вой­ти внутрь…Наконец, вне­зап­но рядом с Гро­бом Гос­под­ним блес­нул Свет. Вско­ре явил­ся Свет от алта­ря из отвер­стия Цар­ских врат и раз­лил­ся дву­мя огнен­ны­ми река­ми: одна тек­ла с запа­да, от Гро­ба Гос­под­ня, а дру­гая с восто­ка, от алта­ря… Все бега­ли и пла­ка­ли от радо­сти и бла­го­дар­но­сти, а более всех- араб­ские жен­щи­ны. Тур­ки, мусуль­мане, пада­ли на коле­ни и вос­кли­ца­ли: «Аллах! Аллах!».

В Вели­кую Суб­бо­ту 1868г., после смер­ти епи­ско­па Меле­тия, свя­щен­но­дей­ствие Свя­то­го Све­та воз­гла­вил новый Пат­ри­арх Кирилл. О сво­их впе­чат­ле­ни­ях он рас­ска­зал архео­ло­гу Уор­ре­ну, кото­рый пере­да­ет их так: «Вой­дя во внут­рен­нее поме­ще­ние Гро­ба, он остал­ся в оди­но­че­стве. Он пре­кло­нил коле­но перед Гро­бом Гос­под­ним, обра­тив взгляд на север и молил­ся о схож­де­нии Све­та. Свет посте­пен­но являл­ся. Он не сошел с неба, а про­сто исто­чил­ся из над­гроб­ной пли­ты. По мере того, как молит­ва его ста­но­ви­лась горя­чее, Свет ста­но­вил­ся силь­нее, взды­ма­ясь неж­ным пла­ме­нем высо­той при­бли­зи­тель­но в пол дюй­ма. Пат­ри­арх взял Свет обе­и­ми рука­ми и береж­но поме­стил его в лам­па­ду, сра­зу запол­нив­шу­ю­ся пламенем.

Один из сви­де­те­лей наше­го вре­ме­ни — монах Мит­ро­фан, назна­чен­ный в 20‑х гг. Пат­ри­ар­хом Доми­а­ном I хра­ни­те­лем Гро­ба Гос­под­ня, пишет как нака­нуне Вели­кой Суб­бо­ты 1926 года он спря­тал­ся в нише кров­ли Гро­ба Гос­под­ня, что­бы наблю­дать за тем, что будет про­ис­хо­дить внут­ри. «Тогда я раз­ли­чил фигу­ру Пат­ри­ар­ха, кото­рый нагнул­ся, что­бы вой­ти в живо­нос­ный Гроб, — опи­сы­ва­ет он собы­тия Вели­кой Суб­бо­ту, — имен­но в ту мину­ту, когда мое нетер­пе­ние достиг­ло пре­де­ла, посре­ди мерт­вой тиши­ны, когда я едва слы­шал соб­ствен­ное дыха­ние, вне­зап­но послы­шал­ся лег­кий свист. Он похо­дил на дуно­ве­ние вет­ра. И сра­зу же я уви­дел неза­бы­ва­е­мое зре­ли­ще-голу­бой Свет, запол­няв­ший все свя­щен­ное поме­ще­ние живо­нос­но­го Гро­ба… Сколь­ко тре­во­ги было в том голу­бом Све­те, сквозь кото­рый я ясно видел Пат­ри­ар­ха, с лица кото­ро­го сте­кал пот…И осве­щен­ный этим таин­ствен­ным све­том, он начал читать молитвы…И сра­зу голу­бой Свет стал пре­об­ра­жать­ся в чистей­ший белый Свет, как во вре­мя Пре­об­ра­же­ния Хри­сто­ва. Далее тот чистей­ший белый Свет пре­об­ра­зил­ся в сия­ю­щий шар, напо­до­бие солн­ца, и повис в непо­движ­но­сти над голо­вой Пат­ри­ар­ха. Потом я уви­дел Пат­ри­ар­ха, дер­жа­ще­го связ­ки по 33 све­чи. И в то вре­мя как он мед­лен­но взды­мал руки, сами собой заго­ре­лись свя­тая лам­па­да и четы­ре связ­ки све­чей. И тот час же сия­ю­щий шар исчез из мое­го поля зре­ния. Гла­за напол­ни­лись сле­за­ми, и все мое тело горело».

Несколь­ко дней спу­стя монах Мит­ро­фан решил испо­ве­дать свое дея­ние само­му Пат­ри­ар­ху. Когда Пат­ри­арх услы­шал испо­ведь, он очень уди­вил­ся. Цвет лица его изме­нил­ся, гла­за выра­жа­ли неви­дан­ную тре­во­гу. Он рез­ко под­нял­ся со сво­е­го места и страш­ным голо­сом сказал:

- Как осме­лил­ся ты на такое деяние?

Монах отве­тил, что на это он решил­ся что­бы уто­лить сомне­ния и отбро­сить неве­рие. «Сын мой, я вооб­ще ниче­го не видел, — отве­тил удив­лен­но­му мона­ху Пат­ри­арх, — То, что я тебе дове­рю ты нико­му не рас­ска­жешь до моей кон­чи­ны. Когда мило­стью Божьей я спо­доб­люсь полу­чать Свя­той Свет во Гро­бе Вос­крес­ше­го Хри­ста, со мной про­ис­хо­дит сле­ду­ю­щее: если совесть моя спо­кой­на и ничто не забо­тит меня, что мог­ло бы омра­чить мой покой и пре­дан­ность Богу, меня охва­ты­ва­ет необъ­яс­ни­мая радость. Как толь­ко вой­ду я во Гроб Гос­по­день и открою Свя­тую тет­радь, и зачту несколь­ко строк из свя­тых молитв, и под­ни­му к вер­ху связ­ки све­чей, тогда заго­ра­ет­ся и свя­тая лам­па­да и сами све­чи. Одна­ко, когда в душе моей покоя нет и нет необ­хо­ди­мой для бога под­го­тов­лен­но­сти и отре­шен­но­сти, тогда не при­хо­дит то чув­ство необъ­яс­ни­мой радо­сти. Тогда, толь­ко я нагнусь, что­бы вой­ти во Гроб Гос­по­день, как вижу лам­па­ду уже зажженной».

Нынеш­ний Иеру­са­лим­ский Пат­ри­арх Фео­фил III о схож­де­нии Бла­го­дат­но­го огня гово­рит: «Что каса­ет­ся свя­щен­но­дей­ствия Свя­то­го Све­та, могу ска­зать, сила веры вызы­ва­ет чудо. В эти мину­ты чело­век пере­жи­ва­ет потря­са­ю­щий опыт. Этот опыт подо­бен Боже­ствен­ной Евха­ри­стии, когда хлеб и вино пре­су­ществ­ля­ют­ся в Тело и Кровь Хри­сто­ву. Нелег­ко опи­сать опыт Свя­то­го Све­та или сло­вес­но изло­жить его. В эти мину­ты чело­век осо­зна­ет, насколь­ко он мал и ничтожен».

Пат­ри­арх Дио­дор I в свое вре­мя под­чер­ки­вал, что чудо Свя­то­го Све­та дела­ет Вос­кре­се­ние Хри­сто­во настоль­ко реаль­ным для нас, как буд­то оно про­изо­шло несколь­ко лет назад. И дей­стви­тель­но, чудо Свя­то­го Све­та для мно­гих людей слу­жит зри­мым под­твер­жде­ни­ем Вос­кре­се­ния Иису­са Хри­ста, при­зна­ни­ем Его Божественности.

Свя­щен­ник Ана­то­лий НАГОРНЫЙ

Ори­ги­нал пуб­ли­ка­ции нахо­дит­ся на сай­те сете­во­го СМИ artmoskovia.ru | Если вы чита­е­те её в дру­гом месте, не исклю­че­но, что её укра­ли.