Ирина Олифер — имя, которое в российском музыкальном мире стало синонимом вкуса, мощного вокала и аристократичной элегантности. Известная широкой публике как эстрадная и джазовая певица с тембром голоса, невероятно схожим с тембром Эллы Фицджеральд, а также как одна из самых харизматичных и тонко чувствующих экспертов международного вокального шоу «Ну-ка, все вместе! Хором!» телеканала «Россия», — она прошла долгий и непростой путь от молодой певицы, покоряющей Москву, до признанного мастера сцены.
— Ирина, в вашей работе много импровизации и живой энергии. Как вы справляетесь с днями, когда эта энергия на нуле? Есть ли у вас ритуал или метод, чтобы включить в себе артистку?
— Ритуалов для восстановления много: баня, хорошие фильмы, встречи с друзьями. Но если говорить о том, как включить в себе артистку… Знаете, когда сцена — это дело всей твоей жизни и твое предназначение, то такой вопрос даже не возникает. Как только ты выходишь на сцену, даже если нет настроения или физически плохо, происходит удивительная магия. Общаясь со зрителями, видишь их глаза, их улыбки — и через песню, через простой разговор с залом энергия включается сама собой. Опираешься на текст, ведь в каждой песне заложен смысл и история. Ты рассказываешь и проживаешь эту историю каждый раз заново, и каждый раз открываешь в ней что-то новое. Бывает, выходишь на сцену с простудой, без голоса, и происходит чудо: откуда-то берутся силы, появляется состояние собранности. Для меня это до сих пор загадка, вероятно сотканная из энергии любви к сцене и зрителям.
— Что в современной музыкальной индустрии вызывает у вас наибольшее раздражение как у профессионала, а что, наоборот, радует и вселяет оптимизм?
— Очень радует огромное количество молодых, талантливых ребят. Они невероятно музыкальны, много работают над вокалом, сутками сидят в студиях, пишут музыку, создают аранжировки и тексты. Появилось много коллективов с классной, разнообразной музыкой и глубокими текстами. Несмотря на юный возраст, они не боятся выкладывать результаты своего творчества в соцсети. В отличие от более старшего поколения, они не боятся ошибаться, организуют коллаборации, встречаются, записывают дуэты, собирают целые ансамбли. Наблюдать за этим одно удовольствие.
Также радует то, какие темы они поднимают: не легкомысленные, а очень глубокие, заставляющие задуматься. Не может не радовать, что мы наконец-то обратили внимание на русскую культуру и традиции. Мы потихоньку возвращаемся к корням. Благодаря тем же молодым исполнителям, которые берут в репертуар фольклорные, аутентичные песни и дают им современное звучание. Это дает возможность молодому поколению погружаться в музыку, близкую нам всем по роду.
А что огорчает… Наверное, не раздражает, а именно огорчает откровенный непрофессионализм. Хотя, кажется, он был всегда, но сейчас его стало особенно много, потому что технические возможности увеличились в разы. Можно записаться в студии, исправить голос, «сгенерировать» трек. Но по песне сразу слышно, когда она сделана не музыкально, без гармонии, грязно. К большому сожалению, таких треков сейчас все больше на стриминговых платформах. Но, с другой стороны, тем ценнее настоящая музыка.
— Представьте, что вы даете совет 20-летней себе, только начинающей путь в Москве. Какой будет одна самая практичная рекомендация о выживании в профессии?
— Себе молодой я бы обязательно посоветовала больше заниматься и больше развиваться в своей профессии. Глубокие знания в том деле, которое ты выбрал, дают абсолютную свободу. Посоветовала бы чаще ходить на концерты, больше слушать и изучать музыку, больше погружаться в нее. А еще обязательно посоветовала бы ни в коем случае не идти с собой на компромисс. Если уж выбрал путь, то иди до конца.
Знаете, у рэперов в культуре есть такое правило — набивать татуировки на лице, чтобы их не взяли на стабильную работу, чтобы это «болото» не засосало, и они остались верны музыке. Вот такой совет я бы дала и себе. Сейчас я понимаю, как много времени было потрачено на какие-то ненужные, бытовые истории. Как будто это время ушло впустую, и наверстать его теперь очень сложно. Поэтому важно видеть цель, упорно трудиться, развиваться в профессии, быть добрее и терпимее.
— Судя по вашим соцсетям, вы внимательны к визуальной составляющей. Какую роль в вашей карьере играет визуальный образ, стиль и эстетика? Сами ли вы полностью их придумываете?
— Артисты должны быть узнаваемыми и яркими — это неотъемлемая часть их жизни и творческого пути. Конечно, я постоянно думаю над образами, смотрю, как одеваются другие, беру что-то себе на заметку. Но я предпочитаю в этом вопросе доверяться экспертам мира моды, так как не уверена, что смогу сделать это так же профессионально. У меня есть дизайнер, который подбирает и создает мне наряды. Когда на тебе роскошное, шикарное платье, ты выходишь на сцену с совершенно другими эмоциями, и это в разы повышает уверенность и самоощущение на сцене.
— Есть ли артист или группа, с кем вы мечтаете записать дуэт, но это кажется невозможным? Почему именно он/она?
— Из ныне живущих у меня есть любимый диджей — Purple Disco Machine. Немцы делают шикарную электронную музыку! Я люблю его за то, что его музыка — это всегда драийв, всегда мажорное, радостное настроение. Я и сама человек достаточно светлый и веселый, и эта музыка меня очень зажигает. Еще есть певица, дуэт с которой кажется невозможным, — это Adele. Думаю, что излишне объяснять, почему именно с ней. Ну и конечно Майкл Бубле. А из ушедших — это несравненная Элла Фицджеральд.
— Как эксперт, вы видите сотни талантов. Какой самый неочевидный, но важный признак вы считаете маркером того, что из участника может получиться настоящая звезда?
— Сложный вопрос. Харизма, тембр — это все очевидные, базовые данные. Но, наверное, главный маркер — это внимание к деталям. Все складывается из мелочей. И когда ты, смотря на молодого исполнителя, замечаешь, как много внимания уделено этим мелочам в образе, в музыке, в поведении на сцене, то сразу понимаешь: в дальнейшем это может быть большой артист.
— Сейчас популярны коллаборации поп-звезд с фолк- или рэп- исполнителями. Как вы относитесь к таким экспериментам? Есть ли у вас желание сделать что-то похожее?
— Я за эксперименты в любых стилях. Главное, чтобы подход был серьезным и профессиональным. Меня безумно завораживает этника. Это удивительный пласт музыки, сохранение культурного кода и наследия малых народов. Мне очень нравится певец из Хакасии — Gurude. Я давно за ним слежу, и это просто чудо, что он столько лет остается верен себе и музыке своего народа, популяризируя такое сложное направление. Вот с кем бы я хотела сделать коллаборацию! То, что он делает — это бесподобно.
— Если бы вы на год полностью ушли из публичного поля, чем бы вы заполнили это время? Чему хотели бы научиться, что исследовать без оглядки на карьеру?
— Я очень люблю живопись. Думаю, я бы с головой ушла в это. Обожаю изучать жизнь художников и скульпторов, ходить на выставки, находить что-то новое в современном искусстве. Для меня это целая вселенная. Совсем недавно я была на выставке, и, представляете, узнала, что есть такое направление, как «бегемотопись». Оказывается, можно рисовать картины мягкими игрушками, и получается очень красиво. А потом эти игрушки становятся частью самой картины. Это настолько интересно! Если бы не надо было заниматься музыкой, я бы точно углубилась именно в это направление.
— Как человек, прошедший путь от участницы до эксперта, что бы вы изменили в формате или правилах современных вокальных шоу, если бы у вас была такая власть?
— Я безумно люблю формат «Ну-ка, все вместе!». На мой взгляд, это лучший формат. Сто человек в жюри, во главе с беспристрастным профессионалом, и блистательным ведущим шоу, который является экспертом в мире музыки. Невозможно никого подговорить, подкупить или попытаться протолкнуть участника – все это как на ладони, только музыка, любовь и чистые эмоции. Вообще форматов шоу сейчас очень много, буквально на любой вкус: есть пародийные, есть для тех, кто уже был победителем и хочет заявить о себе снова. Сложно что-то в них менять. Но если бы у меня была власть, я бы хотела, чтобы все песни исполнялись исключительно живым звуком с музыкантами, без фонограммы. Это и есть настоящий профессионализм и искусство сцены.
