Вадим ЭЙЛЕНКРИГ: «Я – человек вне стандарта»

0
781

«Мы рады представить в программе фестиваля наш новый альбом. В Новосибирске сильная джазовая школа. Поэтому мы всегда приезжаем сюда в особенном волнении, понимая, что здесь публика должна разбираться в джазе чуть больше, чем в других городах, куда мы можем попасть. Мы все знаем, какое огромное количество выдающихся джазовых музыкантов родом из Новосибирска.

К примеру — джазовый трубач Андрей Лобанов который, к большому сожалению для нас, уехал из России. Андрей учился в Новосибирской консерватории и свою карьеру начинал в биг-бэнде Владимира Толкачёва, потом, где-то после 1991, выступал со многими новосибирскими группами. Затем он переехал в Москву, Мы с ним вместе играли в биг-бэнде Игоря Бутмана. Сейчас он живёт в Германии. У него сложилась блестящая музыкальная карьера», – расказывает Вадим о своих коллегах на открытии фестиваля.

В перерыве между саундчеком и сольным концертом в рамках VIII Международного джазового фестиваля SibJazzFest в Новосибирске представителю АртМосковии удалось побеседовать со знаменитым джазовым трубачём Вадимом Эйленкригом.

вадим эйленкриг - джаз

– Вадим, расскажите, пожалуйста, о программе сегодняшнего концерта.

– Сегодняшний наш концерт – это презентация моего нового альбома «Newborn», написанного мною и записанного нами в период пандемии.

– То есть, сегодня в концерте мы не услышим «джазовых стандартов»?

– Я вообще стараюсь не играть «стандарты». Меня недавно попросили сыграть концерт из джазовых стандартов и на вопрос: «Как назвать Вашу программу?», я ответил: «Назовите её «НЕСТАНДРТ»». Наверное потому, что я вообще не люблю играть «стандарты», а еще и потому, что я и человек нестандартный… Причем, это вовсе не моя потребность показать кому-то: смотрите, я не такой, как все! Просто я не люблю «одинаковость», в чём бы эта одинаковость ни проявлялась.

Я не люблю одинаковость в одежде, я не люблю одинаковость в игре… я не люблю эти рамки! И наш жанр, как мне кажется, как раз предполагает творчество вне таких рамок и вне одинаковости. Поэтому меня удивляет, что в нашем жанре есть артисты, которые постоянно, в течение десятилетий, играют только «джазовые станарты», одни и те же композиции, и даже не пытаются сыграть что-то новое.

– И как же быть с «классикой джаза», с «джазовыми стандартами»?

– Джаз – всегда был развивающимся искусством, а из него сейчас порой пытаются сделать некий латино-греческий, «мёртвый яык», нечто застывшее, законсервированное. Так же, кстати, как пытаются «законсервировать» академическую музыку. От этого академическая музыка превращается во что-то, лишенное жизни. Потому что, ведь когда Шопен и Шуман были живы, — они были блестящими импровизаторами, и инвенции Баха – это тоже импровизации! А как только из академической музыки ушла импровизация – конечно же, она очень много потеряла! Поэтому, на мой взгляд, вот эта остановка на джазе эпохи 50-60 годов — не что иное, как попытка наш развивающийся и самый свободный жанр посадить в какую-то клетку.

– Одним из известнейших педагогов по трубе был профессор заведующий кафедрой духовых инструментов московской государственной консерватории Юрий Алексеевич Усов…

– Это был уникальный человек. Один из замечательных педагогов. Надо сказать, что когда я учился, моей настольной книгой была его методика игры на трубе. Это, конечно, легендарная личность…

– А что вы думаете о современном развитии джазовой музыки?

– Думаю, что сейчас в джазе идёт тенденция на упрощение мелодической рифовости. У нас сейчас столько информации что мы не всегда успеваем перерабатывать огромные объемы. И поэтому мне кажется, что и музыка стала немножко другая – более рифовая, более понятная что ли. Но мастерства от этого в ней точно ничуть не меньше. Очень многие наивно полагают, что джазовая музыка стала проще и примитивнее. Нет, она стала другой. При этом, её не так просто сыграть новичку.

– Несколько слов о вашем альбоме…

– Альбом состоит из композиций, записанных нашим коллективом и нашими специальными гостями, но всю музыку этого альбом написал я. Вообще, на удивление, — при том, что моей сольной карьере уже многие десятилетия – я никогда не знал, что свою музыку гораздо приятнее играть, чем всё остальное. Поэтому я с удовольствием езжу с презентацией нашего альбома. Альбом задумывался до пандемии, а записали мы его в пандемию.

В его названии множество смыслов. Это как татуировка – ты сначала себе делаешь картинку, а потом заполняешь её одним смыслом, вторым, и так далее… И потом уже можешь рассказать целую историю и даже не одну, и эти истории могут быть противоположными и вообще не пересекаться. Вот с этим альбомом – все тоже самое. Он называется «Newborn». Конечно newborn!.. И уже потому, что это музыка, которую написал я. Это некое новое рождение меня, как музыканта, который начал играть свою музыку. «Newborn» – это также и в том смысле, что когда мы не имели возможности выступать вообще, а потом нам дали вот эти 25-50 процентов, в зависимости от площади зала, и в этом конечно же случае, тоже наше рождение. Ну, и это ещё и рождение моих двух близнецов, которые родились в процессе написания этого альбома. Сейчас им чуть больше двух лет и им в альбоме посвящены несколько композиций.

– И как проходит презентация?

– Презентация из-за пандемии очень долго откладывалась. Как мы помним, долгое время нельзя было вообще нигде выступать… Поэтому, как только примерно год назад у нас впервые появилась возможность выступления при рассадке 25% , мы , конечно, презентацию альбома сыграли. 25% — это, конечно, не то, что мы хотели, но всё-таки лучше, чем совсем ничего.. Сейчас, к сожалению, тоже не всё просто — ограничения не везде сняты и кое-где опять начинаются. И, тем не менее, мы стараемся в этих непростых условиях представлять наш новый альбом в разных городах России

– Какие это города?

– Все, конечно, очень соскучились по живым концертам: и организаторы и филармонии и публика. И, хотя в этом туре с некоторыми городами у нас случился перенос по датам, но это всё-таки не отмена, а именно перенос- назначение другой даты выступлений. Из-за пандемии многие графики сдвинулись. И наша задача сейчас — встроить перенесённые концерты в наш плотный график. В нашем туре у нас запланировано порядка 10 городов, среди которых: Пермь, Челябинск, Киров, Казань, Самара, Петрозаводск.

– И, как известно, распорядок в концертных турах довольно жёсткий…

– Распорядок дня профессионального концертирующего музыканта сжат до предела. А Когда идет концертный тур по городам – то это особый режим, иногда всё настолько плотно и напряженно, что не всегда успеваешь сообразить куда, в какой город ты прилетаешь. Во время концертного турне у меня, как правило, такой график – подъем в половину четвёртого утра, чтобы успеть доехать до аэропорта, взять посадочный талон, сесть в самолет, прилететь, там нас встречают, как правило, совершенно очаровательные люди, провожают в гостиницу. В гостинице я успеваю за 40 минут принять душ, побриться, переодеться и затем срезу еду на площадку, на саундчек. После саундчека мы переодеваемся и играем концерт. После концерта, если успеваем – ужинаем, потом спим 3-4 часа, едем в аэропорт. И так я «видел» все города мира: Рим, Нью-Йорк, Берлин, Сингапур, и, конечно, города нашей Родины.

– Особенности туров по России?

– Конечно в России концертный тур – это всегда очень непростая история. Требуется элементарная физическая и психическая выносливость. После того, как ты выдержал длительный переезд или перелёт, ты должен выйти, улыбнуться, быть всегда в тонусе и в хорошем настроении, снова улыбаться и скакать по сцене. Ты должен найти в себе силы на это. Ну и конечно, это уже во всём мире так — даже если тебе очень плохо, ты всё равно должен выступать. И даже если упасть без сил – то это потом, уже после концерта. Или упасть на сцене, но тогда уже замертво. Тогда это тоже публика оценит.

То есть публика тебе не простит, если ты будешь на сцене полуживой – полумертвый, но так и не умрёшь. Вот если умрёшь – то тебе сразу всё простят. А полумертвого – не простят. Поэтому, вне зависимости от страны, города, площадки надо отдавать все силы на концерте.

– Что посоветуете трубачам академического жанра и джазовым исполнителям?

– Я убежден, что академических музыкантов надо обязательно учить хотя бы основам импровизации, а джазовым музыкантам, необходимо больше играть гаммы. Конечно, всё начинается с овладения инструментом, но на этапе образования всё-таки нельзя ограничивать свободу мышления. Я думаю, что для всех академических музыкантов, вне зависимости от вида музыкального инструмента, надо в процессе обучения давать хотя бы основы импровизации – это было бы им и полезно и интересно.

Беседовала Лада МЕРКУЛОВА,
Фото – Сергей КОРЗЕННИКОВ (фото 2), Михаил АФАНАСЬЕВ (фото 1, 3, 4)

Источник – сайт сетевого СМИ artmoskovia.ru.
Предыдущая статьяИз Италии в Литву!
Следующая статья«Фирма Мелодия» привлекла инвестиции на «Цветы» за две недели

ПУБЛИКУЕМ КОММЕНТАРИИ ПОЗИТИВНО НАСТРОЕННЫХ ЛЮДЕЙ:

Оставьте ваш комментарий
Ваше имя