Дмитрий ДАНИН: «Я хочу изменить ситуацию к радости для людей!»

0
208

В 2018 году исполняется ровно 40 лет культовому музыкальному фильму «Д`Артаньян и три мушкетёра», который прославил Михаила Боярского на весь Советский Союз. Песни Максима Дунаевского из этого фильма моментально стали шлягерами. До сих пор по радио и телевидению часто можно услышать: «Пора-пора-порадуемся на своём веку…». Но мало кто сейчас вспоминает о том, что всю музыку для этой картины записывал некогда популярный ансамбль «Фестиваль». С одним из участников этого коллектива Дмитрием Даниным мы и решили побеседовать в год юбилея «Мушкетёров». Дмитрий Яковлевич Данин (настоящая фамилия — Магазаник) — талантливый музыкант, певец, композитор и аранжировщик. Его песни уже не один десяток лет входят в репертуар многих популярных артистов, среди которых Лариса Долина, Николай Караченцов, Михаил Боярский, Павел Смеян, Александр Абдулов, Анне Вески, Ирина Отиева и многие другие.

— Дмитрий Яковлевич, расскажите, пожалуйста, о начале своего творческого пути.

— Я занимался музыкой с самого детства, как и любой еврейский ребёнок в то время. Музыкальную школу окончил, потом дирижёрско-хоровое отделение Винницкого музыкального училища, поскольку сам я из Винницы. Но музыка поначалу была у меня в качестве хобби. Я отучился на инженера в Киевском политехническом институте и стал работать по профессии в городе Полтаве, куда попал по распределению. А вечерами в кабаке играл для собственного удовольствия. Так продолжалось до той поры, пока не познакомился с Марком Айзиковичем, солистом ансамбля «Краяны». Марик пригласил меня в качестве клавишника к ним в ансамбль. А потом начинающий в те годы композитор Максим Дунаевский начал работу над музыкой к фильму Георгия Юнгвальд-Хилькевича «Д`Артаньян и три мушкетёра» и, будучи проездом в Полтаве, увидел наш коллектив и услышал, как мы играем. Он предложил нам записать инструментальную музыку к этому фильму. С этого всё и началось.

— А как «Краяны» стали «Фестивалем»?

— У нас произошёл конфликт с руководством Полтавской филармонии, в результате чего нам пришлось оставить название «Краяны». Айзикович был знаком с известным администратором Эдуардом Смольным, который поспособствовал тому, чтобы мы всем коллективом перешли в Белгородскую филармонию. Нами была отрепетирована программа с тремя песнями из «Мушкетёров», кое-какими тогдашними хитами, джазовыми композициями и песнями народов мира. И в результате такого смешения Марик предложил новое название коллектива — «Фестиваль». Таким образом к моменту выхода на экраны фильма «Д`Артаньян и три мушкетёра» мы уже были «Фестивалем». А потом последовали дальнейшие работы с Максимом Дунаевским. Мы записывали его музыку ко многим фильмам и мультфильмам. Уже в 1979 году благодаря Дунаевскому я сумел перебраться из Полтавы в Москву. Он познакомил меня с дочерью знаменитого пианиста Льва Оборина Марией, которая стала моей второй женой. Дунаевский же и придумал мне псевдоним — Данин. Магазаник — чисто еврейская фамилия, а времена были, как вы понимаете, советские. Меня мама всегда называла Даней, да и в коллективе меня звали не Дима, а Даня. Таким образом я стал Дмитрием Даниным.

— И тогда же вы стали писать песни…

— Я писал песни для «Фестиваля». Потом уже мои произведения стали исполнять Анне Вески, Лариса Долина, Евгений Головин, Ирина Отиева… В 1982 году мою «Песенку про папу» замечательно исполнила тогдашняя жена Максима Дунаевского Наталья Андрейченко. С Дунаевским вместе мы написали песню «Старый трамвай» на стихи Наума Олева специально для Миши Боярского. Мишка — большой поклонник «The Beatles», и мы постарались сделать такую стилизацию. Записывали это дело вместе с музыкантами «Фестиваля».

Вообще нас с Максом связывают долгие годы очень близкой дружбы. Мы и сейчас общаемся. Я уже пять лет живу в Звенигороде, а он в Алабино. Мы периодически видимся.

— В 1986 году вы ушли из «Фестиваля».

— Да, но никаких конфликтов не было. Причины ухода были чисто творческими. Потом я работал с группой «Высший пилотаж», где несколько моих песен исполняла солистка Нина Кирсо — «Любовь втроём», «Попробуй!», ещё что-то…

— Расскажите о вашем проекте «Одесса-мама». В начале 90-х годов эта группа пользовалась большой популярностью.

— Это был 1989 год. Ко мне пришёл поэт и журналист Александр Елин, который в то время продюсировал группу «Примадонна». И он мне сказал: «Слушай, у меня есть одна шикарная идея. Давай сделаем коммерческую команду под названием «Одесса-мама», но чтобы это были не дешёвые блатные песенки, а поприличнее и поинтереснее». Я согласился. Елин мне принёс тексты песен, я написал музыку, а мой приятель Александр Белый сделал аранжировки. Встал вопрос, кто всё это будет петь. Елин говорит: «Давай-ка спой сам». Я ему: «Ты с ума сошёл? Какой из меня певец?». А он в ответ: «Давай, давай, будет самое оно». Другой мой знакомый, покойный Саша Альпер, который занимался аппаратурой у Миши Муромова, договорился во МХАТе со звукорежиссёром, чтобы записать песни для «Одессы-мамы» там. Мы приехали в Камергерский переулок и сразу записали пятнадцать песен. И уже через месяц мы поехали на первые гастроли в Иркутск — Саша Белый играл на клавишных, я пел, а четыре девочки-вокалистки подпевали мне и были на подтанцовках. Елин стал директором группы, он всё организовывал, но на концертах с нами не выступал. Начинали мы все свои программы с песни «Ещё жива красавица Одесса…». Я сделал её в стиле джаз-рок, немножко попсовый мотив. Потом уже у нас был конферансье Володя Шандырь, он один из первых в стране очень хорошо пародировал Горбачёва. Я специально для него написал юмористическую песню о Михаиле Сергеевиче Горбачёве и о перестройке. Она так и называется «Ай да Сергеич!». Вообще все песни для «Одессы-мамы» мы сделали в таком гротескном ключе. Начали выступления с Иркутска. И потом лет пять непрерывных гастролей по всей стране. Проект оказался действительно коммерчески успешным. Мы собирали огромные концертные залы. И магнитоальбомы с нашими записями в те годы выходили. Последние наши гастроли, как сейчас помню, проходили в Калининграде.

— Почему проект «Одесса-мама» в конечном итоге прекратил своё существование?

— Времена изменились. Саша Альпер, который вместе с Елиным занимался административными делами, умер. Сам Елин уехал в Израиль, потом вернулся. Сейчас он пишет такие песни, которые мне не очень понятны.

— Да, сейчас Александр Елин работает в несколько ином жанре.

— Странную позицию он занял. Я не могу относиться к таким песням с уважением и не могу принять, когда ругают Россию. Скажу честно, мне много доставалось при советской власти, я ненавижу ту глобальную ложь, которая тогда была. Но при советской власти были у людей совершенно другие чувства по отношению к жизни, было очень глубокое чувство патриотизма, была любовь к Родине. Сейчас об этом многие забывают. Но Россия — это наша Родина, здесь умер мой отец. После развала СССР многие мои друзья уехали за границу на сытую жизнь. У меня даже песня об этом есть «Мои друзья». А я не мог и не хотел этого делать, так как здесь мои корни, здесь могила моего отца, который был героем Советского Союза, защищал Сталинград. Ну как можно отказываться от своей Родины? И поскольку я здесь живу и как профессионал что-то ещё могу сделать, я занимаюсь с детьми и воспитываю в них дух настоящего патриотизма и любви к нашей стране. Без этого не может быть нормальной жизни, если ты не помнишь, кто тебя родил и кому ты обязан. Поэтому я не люблю, когда говорят, что наше государство плохое, а другие государства — хорошие. Наша страна замечательная, поверьте! То, что нужно в какой-то степени поднимать культуру — это факт. И по мере сил я сейчас как музыкант стараюсь это делать. Сейчас на радио и телевидении огромное количество примитивной музыки, песен с ужасающими текстами. А нам нельзя до этого опускаться, нужно беречь свои традиции.

— Вы упомянули песню «Мои друзья». Её ведь, кажется, исполнял Александр Абдулов?

— Песню «Мои друзья» я написал для проекта «Одесса-мама». Кстати, тоже на стихи Александра Елина. И исполнял её сам. Эта композиция в наших выступлениях всегда проходила «на ура!». Она такая ностальгическая. И вот мой близкий друг Саша Абдулов как-то раз услышал её и уговорил меня разрешить ему её спеть. Это был как раз 1989 год. Песня тогда была очень актуальной, так как в тот период многие наши граждане уезжали за границу в поисках лучшей жизни: кто в Америку, кто в Израиль. А когда времена изменились, то многие стали возвращаться обратно в Россию. Саша записал песню «Мои друзья» в «Ленкоме», у звукорежиссёра Владимира Черепанова. Было дело, он даже загорелся идеей снять на неё видеоклип.

— Вы ведь и с Николаем Караченцовым много работали?

— Да, в период моей работы в ансамбле «Фестиваль» Колька много с нами гастролировал. В 1984 году мы вместе с Максимом Дунаевским специально для него написали песню на стихи поэта Андрея Внукова. Получилась такая ироническая кантри-баллада «Рыцари оседлые». Её Коля записывал с ансамблем «Фестиваль». А через два года, когда Караченцов начал заниматься степом, то попросил меня написать какую-нибудь мелодию, под которую можно было бы степовать. И я написал песню на стихи Алексея Лысенко «В парке за городом» специально, чтобы Коля мог танцевать под неё степ. Это была первая песня, которую я сделал целиком на электронике, без живых инструментов. Караченцов потом часто пел её на концертах. Ещё у нас с ним была песня на стихи Бориса Ческиса «Городское многоборье». Её в разное время исполняли и Николай Караченцов, и Лариса Долина. А последняя наша с Колей работа — дуэт «Улица Случайная». Он записал её вместе с Олей Кабо на студии у Бориса Оппенгейма. Я, кстати, на этой студии в «Ленкоме» работал какое-то время в качестве аранжировщика. Первым «Улицу Случайную» спел когда-то Паша Смеян в дуэте с Верой Соколовой (если помните, была такая певица, которая спела популярную некогда «Последнюю поэму» вместе с Ириной Отиевой). После Паши её записали дуэтом Азиза и Александр Абдулов. А спустя почти двенадцать лет её исполнили Оля Кабо и Николай Караченцов. Это была целиком инициатива Оли, я сделал для них новую аранжировку. А несколько лет назад я написал очень красивую песню «Осенний сон» и хотел предложить её Кольке. Увы, помешала авария, в которую попал Караченцов. Я тогда очень надеялся, что он выкарабкается из этой ситуации. Так что песня осталась пока в моём исполнении. Хотелось бы, чтобы это спел по-настоящему классный актёр. Это ведь наш менталитет такой. На Западе, например, нет такого понятия «актёрская песня».

— Дмитрий Яковлевич, если речь зашла об артистах «Ленкома», вы ведь и с Павлом Смеяном очень много работали.

— Паша очень много спел моих песен — «Гордость», «Жизнь на грани риска», «Велосипед», «Рафаэль» и многие другие. И потом он очень много гастролировал с нами в ансамбле «Фестиваль» и даже какое-то время был официально оформлен в нашем коллективе. На гастроли выезжал, когда у него было свободное время в театре. В середине 80-х он на несколько лет ушёл из «Ленкома». Помнится, тогда в 1986 году я делал музыкальное оформление для первой в Москве выставки цветов и предложил Паше спеть свой романс «Поговорим» на стихи Лёши Лысенко. Его мы записали с эстонским симфоническим оркестром, я сыграл на рояле. А через год Паша переписал этот романс в другой аранжировке в городе Полтаве на местном радио, где звукорежиссёром был легендарный Леонид Сорокин, мой большой друг. Именно Лёня записывал музыку к культовым фильмам «Д`Артаньян и три мушкетёра», «Ах, водевиль, водевиль…», «Трест, который лопнул», «Зелёный фургон» и многим другим.

— Каковы сейчас ваши творческие планы? Чем сейчас занимаетесь?

— Мне шестьдесят восемь лет, но я всё же питаю надежду, что среди молодых появится столь же талантливый и одарённый певец, каким был Паша Смеян. Или я научу кого-нибудь… Может быть я ещё напишу что-нибудь интересное и подвижное. Я хочу изменить ситуацию к радости для людей, как бы громко сейчас это ни звучало. Хотелось бы передать молодым то, что я умею, передать им свой профессиональный опыт. Я лет семь преподавал компьютерную аранжировку в Гнесинке. А сейчас я живу в Звенигороде, где у меня есть своя студия. Учу детей музыке, учу их попадать в ноты. Мы с ребятами даже свою детскую музыкальную группу создали. Много пишу инструментальных тем, стараюсь, чтобы все мои аранжировки соответствовали мировым стандартам. Совсем недавно крупнейшая российская музыкальная компания «Bomba-Piter inc.» решила издать мои старые и новые песни. Уже вышло несколько альбомов, среди которых есть сборник инструментальных пьес, записи с группой «Одесса-мама», а так же песни в исполнении артистов театра, кино и эстрады. У меня есть готовое либретто для музыкального спектакля. В его основу легла одна из основных моих песен — «Улица Случайная». Очень хотелось бы осуществить этот проект.
Беседовали Виталий ГАПОНЕНКО, Максим ФЁДОРОВ?
Фото из личного архива Дмитрия ДАНИНА

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here