Ирина ШАНИНА: «Ангел и Мефистофель были задуманы, как второстепенные персонажи»

671

Ирина Всеволодовна Шанина – автор пьес, участник Международных драматургических конкурсов «Премьера». Пьеса «Я Вам сочувствую, мистер Бог» вошла в сборник «Премьера – 2005». Пьеса «Наши любовники, женатые и нет» вошла в шорт-лист конкурса «Премьера – 2007». В 2017 году написала либретто оперы «Ангел, я и Мефистофель» (философской притчи по мотивам жизни доктора Фауста и его контракта с Мефистофелем). 26 марта 2020 года в московском Доме-музее А.Н. Скрябина состоится премьера оперы «Ангел, я и Мефистофель».

Ирина Шанина, фотограф Анастасия Симбухова

– Как вам пришла такая идея, обратиться к вечной теме – истории сделки с дьяволом?

– Изначально это не была тема «сделки с дьяволом». В том или ином виде вопросы выбора между добром и злом поднимались почти во всех моих книгах. Особенно ярко в двух последних по времени «Девятый год Черной луны» и «Снять Сталкера». Но в 2016 году добавились личные обстоятельства. У меня обнаружили опухоль и примерно 1,5 месяца я жила, не зная окончательного диагноза. В «серой зоне». И вот тут происходит удивительное. Ты вдруг понимаешь, что терять, возможно, нечего. Да и жить тебе, возможно, осталось недолго. И вопрос выбора выглядит совершенно иначе: можно поспешить сделать как можно больше добрых дел, а можно наоборот. Потому что терять нечего, и отчего бы не попробовать — «тварь ли я дрожащая или право имею».

Первоначально я задумывала пьесу, и лишь с подачи моей подруги Кати Самойловой из Новой оперы, замысел трансформировался в оперное либретто. Когда я начинала писать, основная идея была — показать внутреннее состояние человека, находящегося в неопределенности, в «серой зоне». Для меня было важно отразить его метания и окончательный выбор.

– Какими были ваши герои изначально?

– Ангел и Мефистофель были задуманы, как второстепенные персонажи. Ну, знаете, за правым плечом у человека стоит Ангел, а за левым… Но, когда начинаешь писать, персонажи выходят из-под контроля. Так произошло с Ангелом и Мефистофелем. Как-то сама собой возникла тема пари. Причем совершенно отдельно от Гетевского «Фауста». Я сообразила, что получается некая вариация на тему «Фауста» только к середине текста.

Кстати, далеко не все, кто, так или иначе, затрагивал эту тему (особенно создатели оперных произведений), опирались на трагедию Гете. В основу версии Шнитке, например, легла Фольксбух, книга народных легенд и сказаний о Фаусте и его контракте с Мефистофелем, изданная Йозефом Шписом во Франкфурте-на-Майне. А композитор Феруччо Бузони вообще создал свою, ни на что не похожую версию истории.

Вот так и у меня получилось.

– Почему вопрос важен и сейчас в нашу эпоху?

– Вопрос выбора между добром и злом актуален всегда. Зачастую человек не способен распознать зло. Для сегодняшней жизни актуально, как никогда ранее — огромный поток информации без каких либо фильтров.

На эту тему я даже начала писать пьесу:
Они не понимали,
Что Дьявол – это не фольга,
Гримером прикрепленная на веки.
И дым цветной при появленье
Моем пускать не надо.
Поскольку Зло приходит без фанфар.
Тихонечко, без стука в двери.

Зло, пытающееся соблазнить, не может выглядеть ужасно. Люди просто испугаются. Наоборот, зло должно выглядеть очень привлекательно. Вот таков и наш Мефистофель. Это не Ужас Ужасный, это весьма ироничный молодой человек, который берет вас «на слабо».

– Сочувствуете ли вы Маргарите? Если да, то почему? Если нет, то тоже – почему?

– История не повторяет «Фауста». Это другая история. И женщина — главная героиня, вполне современная. Про нее Мефистофель говорит так:

К тому же, должен я заметить,
Маргарита –
Совсем не та невинная девица,
Что Фауста любила.
Ведь эта познакомилась с двумя,
И сразу двум назначила свиданье.

У нее достаточно внутренней силы, чтобы противостоять Мефистофелю. И она принимает вызов, отдавая себе отчет в том, что ее провоцируют. Но, поскольку терять ей особо нечего, она готова рискнуть. Я не сочувствую, я уважаю свою героиню.

– Почему ваша героиня – женщина? Есть в ней что-либо фаустианское?

– Я сама женщина, поэтому я понимаю, как работает женская логика. Фаустианского в ней нет ничего. Маргарита – современная здравомыслящая женщина.

– Приоткройте завесу тайны – кто ваша Маргарита?

– Несколько персонажей имеют реальные прототипы (черты характера, фрагменты биографии). Маргарита — вымышленный персонаж, которого я поставила в ситуацию, в какой оказалась сама несколько лет назад. В «серой зоне». Наверное, она такая, какой я бы хотела быть.

Из моих черт характера я подарила ей иронию и умение шутить, в первую очередь, над собой.

На фото Василий Фунтиков – Мефистофель, Михаил Новиков – Ангел, Наталья Кириллова, Татьяна Шатковская (композитор), Иван Шатковский

– Что вы пожелаете перед премьерой зрителю?

– Перед премьерой я бы пожелала себе. После того как написала либретто, и мы с Татьяной начали совместную работу, я решила изучить все оперное наследие на эту тему… Абсолютно все оперы, включая знаменитейшего «Фауста» Гуно, проваливались на премьерах. Поэтому мне бы хотелось получить благосклонность критиков и искренние отклики зрителей.

Ждём вас на премьере!

Беседовала Марина АБРАМОВА

Оригинал публикации находится на сайте сетевого СМИ artmoskovia.ru | Если вы читаете её в другом месте, не исключено, что её украли.