Шуня Мещерякова: «Россия не должна стесняться своей культуры!»

434

Вокалистка и лидер московской absolute soul группы SHOO Шуня Мещерякова побеседовала с представителем «АртМосковия» о любимых странах, саундтреках к собственным настроениям и трех главных целях на сегодняшний день. Это уже второе интервью Шуни, публикуемое на страницах изданий редакции СМИ «АртМосковии» и в каждом из них, её история наполнена творчеством, музыкой и стремлением сделать окружающий мир чуточку лучше.

– Расскажи, в каком возрасте начала заниматься музыкой? Кто или что этому поспособствовало?

– Начала петь в хоре, когда мне было пять-шесть лет. Не знаю, можно ли это назвать занятиями музыкой – скорее, предварительная к этому подготовка. Во втором классе я ходила на частные занятия к одной женщине – Раисе Иосифовне, которую посоветовали знакомые. Она дала мне азы пения и игры на фортепиано, рассказала первые базовые темы теории музыки, читала лекции по истории музыки. Отсюда все и началось. Она заметила во мне неплохие вокальные данные и поставила первый «академический» тип вокала. Потом, довольно поздно по обычным меркам, будучи в 3 классе общеобразовательной школы, я пошла уже полноценно в музыкальную школу. Училась там, как и все дети в России, академическому классическому искусству по классу вокала и фортепиано. Все шло замечательно, у меня была потрясающая педагог Гусько Ольга Михайловна, молодая и талантливая женщина, которая вкладывала в нас, своих учеников, все, что могла и знала, возила нас на хорошие конкурсы, которые сама же и выискивала из всего предлагаемого множества. Мы приносили школе грамоты и дипломы. Через время Ольга Михайловна покинула музкальную школу и стало не так интересно там находиться, мы поняли, что пора искать что-то другое. Я проявляла интерес к музыкальному театру, и папа с мамой нашли интересное решение: в музыкальной школе им. Гнесиных было отделение музыкального театра. Редкая вещь, это было очень здорово и там я познакомилась с ребяатми, которые сейчас играют в театрах и поют в крупных серьезных музыкальных проектах. Это уже была не рядовая школа, где ребятки получают дополнительное начальное музыкальное образование, а большинство из них не свяжут свою жизнь с музыкой – это уже был более профессионально нацеленный коллектив. Этой школе и отделению музыкального театра я многим обязана, в том числе знакомством с прекрасной женщиной и профессионалом – Травкиной Мариной. Она на уроках по ансамблю знакомила нас с музыкой разных стран и народов, рассказывала о многогранной традиции, привозила нам песни и мелодии из разных уголков света. Мы пели их в ансамбле, раскладывая на голоса, и этого было ни на что не похожее, что мне доводилось до этого испытывать, ощущение. С тех пор я влюбилась в world music и все с этим понятием связанное. Вскоре отделение решили закрывать, а я отправилась дальше. Тогда я перешла в школу им. Джорджа Гершвина, там под руководством Инги Петровны Яник началось мое знакомство с джазом и околоджазовой музыкой – совершенно новый виток. Позже был Berklee College, где мне было все в новинку, потом поступление и учеба в Академии им. Гнесиных, еще одна поездка в Berklee…

Хоть в моей семье нет музыкантов, родители всегда пытались чутко рассмотреть, к чему я тяготею, что мне интересно, к чему есть предрасположенность. Они всегда очень поддерживали меня и делали все возможное, чтобы помочь мне найти путь. Делают и сейчас.

– Шуня, в прошлом году ты выпустила новый альбом, расскажи немного про него. Как отреагировала аудитория? Какие песни уже успели полюбиться?

– Альбом «Безгранично» – это наша любовь и боль одновременно. Дело в том, что в процессе существования и роста группы, мы сами очень растем и изменяемся. Эта пластинка дала нам очень много жизненных и профессиональных уроков. Мы очень многое поняли благодаря этой работе и очень многому научились. За довольно долгую историю группы, у нас был всего один полноформатный студийный альбом. «Безгранично» стал вторым. В него вошли, помимо новых, песни, которые мы несколько лет исполняли в концертных версиях на своих выступлениях, и они никогда не были записаны. Многие наши слушатели спрашивали: «когда же уже наконец-то можно будет услышать эти треки в записи?», но мы, как будто, не были к этому готовы. В общем альбом «Безгранично» – это для нашей группы огромная ступень, важный шаг. Выход из зоны комфорта. И лучший урок в жизни.

Что касается идеи альбома: он как раз про выход из зоны комфорта, про поиски себя. Этой темы очень много в моем творчестве. Песни пластинки про то, что все границы – это лишь условность, поселившаяся в наших головах, и только мы сами вправе и в силах эти границы разрушать. Очень долго я сама пыталась каким-то образом ограничивать свои тексты и музыку, накладывая на них собственноручно цензуру. Потому что боялась: «Что скажут? Что подумают? Нет, так никто не делает, это глупо, неинтересно…» и так далее. С тех пор, как я начала работать с собой над принятием того творчества, которое идет изнутри, над раскрытием этих рамок в собственной голове и с отменой стеснения, дела пошли лучше. И альбом стал важнейшим символом этой идеи и этой работы. Мне хотелось показать такое путешествие по разным уголкам света: как бы мы ни шли в сторону поп-звучания, мы хотим сохранить этнические нотки в нашей музыке. Я люблю все песни в альбоме, потому что они про нас, про меня. Каждую песню я храню в голове, прежде чем выпускать и записывать, очень долго. Она успевает «пустить корни» в мое сознание и стать частью меня, поэтому я не могу сказать, что какие-то люблю особенно сильно, а какие-то ненавижу, или не отношусь к какой-то из песен никак.

– Ты много путешествуешь, традиции какой страны тебе понравились больше всего? Чего не хватает в России?

– Я люблю путешествия, обожаю узнавать новое и удивительное, но жить я хочу тут, в России. Дело в людях, в метналитете, в моей сложившейся жизни. Мне нравится быть гостем в странах, куда я отправляюсь, впитывать их традиции. Я люблю Индию за удивительный дух, за все странные и не всегда понятные нам традиции и философию, Мексику за колорит и цвета, за их традицию Дня Мертвых и многое-многое другое. Америку за ощущение бесконечного счастья и возможностей, за большие пространства, за дух. Астралию и Новую Зеландию за бесконечно красивую природу, Кению за ритм и зной африканской души, за музыку, пейзажи и зверей за окнами… Но еще ни разу не было такого, что я хотела бы остаться где-то навсегда.

В России не хватает одного: веры в себя и принятия себя. Мы стесняемся всего, что связано с культурой России. Меня очень тревожит эта тема. Понятное дело, история распорядилась так, что есть чего стесняться, есть от чего бежать, но надо видеть и позитивное, ценное, важное. Мы так стесняемся себя и своей культуры, что очень низко ее ценим.

В Штатах, каждый камень, который даже косвенно поучаствовал в какой-то истории, которая стала известной, превращают в национальное достояние, делают там музей, снимают об этом кино и так далее. У нас стоят заброшенные многовековые храмы, великие места сражений в жутком состоянии, потому что никому не интересны. А ведь эти объекты имеют колоссальное историческое значение. Это все начинается с каждого конкретного человека, с этого бесконечного стеснения. Вот с чем надо бороться. Вот чего нам тут не хватает.

– В прошлом интервью ты упомянула, что музыка в твоей голове звучит без остановки, как OST Твоей Жизни. Какая это музыка? Могла бы ты охарактеризовать свою жизнь одной песней?

– Да, так и есть. Страшно подумать, сколько музыки постоянно мы слушаем. Одной песней – конечно, нет. Это ведь должен быть какой-то многоплановый фундаментальный трек, с кучей разных ритмов и переменных размеров, частей и интродукций… Жизнь такая разная, я тоже в ней очень разная.

Я слушаю много всего, и к каждой ситуации у меня внутри заготовлен трек: вот мне хорошо и радостно, захватывает дух, в голове играет, например, что-то из подросткового: The New Radicals – You Get What You Give. Настроение боевое, хочется делать дела, активностей невпроворот, мы слушаем в машине Anderson.Paak. Грустно, слушаю последний и предпоследний альбомы Mac Miller. Настроение приподнятое и хочется веселиться с друзьями, включаю плейлист с кодовым названием «Молодость» и слушаю The Black Eyed Peace – Mama или что-то такое… Иногда – Sally Nyolo или Erykah Badu, Asa или Sedoy Boro, – когда хочется жаркого ритма… Это же и есть главная магия музыки, что в ней можно услышать любое настроение, любую идею, сказать все, что только возможно сказать.

– Три главных цели на сегодняшний день?

– Я люблю ставить цели, которые могут быть исполнены, чтобы на их место приходили новые. Поэтому пока так: выпуск EP «С», который мы уже начали готовить, съемка клипа на одну из самых глубоких по смыслу песен из наших – «Кольцо» и личная цель – увеличивать семью (улыбается). Надеюсь, все это вскоре будет исполнено, и мы перейдем к следующей тройке целей!

– Если бы не музыка, то какой вид деятельности ты бы выбрала?

– Это точно должно быть что-то связанное с организацией. Я это обожаю. Просто не могу без этого жить: собрать всех, все продумать, заказать, сделать, сшить, привезти, распланировать, придумать. Все это я применяю и в моей нынешней деятельности, конечно. Но не будь музыки в моей жизни (вот ужас!!!), я бы точно связала свою жизнь с чем-то вроде организации, режиссуры мероприятий или каких-то других процессов.

Оригинал публикации находится на сайте сетевого СМИ artmoskovia.ru | Если вы читаете её в другом месте, не исключено, что её украли.