Многогранный певец Павел Смеян

0
896

В этом году исполняется ровно тридцать пять лет трёхсерийному музыкальному телефильму режиссёра Александра Павловского «Трест, который лопнул», снятого по мотивам рассказов О`Генри. Для этой картины были записаны девять песенных дуэтов, которые давно уже стали всенародными шлягерами — «Песенка о трёх китах», «Вакханалия азарта», «Суть джентльмена» и другие. В картине их исполнили Николай Караченцов и Павел Смеян, который пел за литовского актёра Регимантаса Адомайтиса. К сожалению, имя Павла не вошло в титры фильма, хотя сегодня этого певца, пожалуй, знает вся страна.

Массовой аудитории он знаком не столько по живым концертам, сколько по телепередачам. В далёкие восьмидесятые на Центральном телевидении неоднократно демонстрировались и были весьма популярны видеоклипы с его участием: «Я пел, когда летал», «Непогода», «Всё начинается с любви», «Рафаэль» или пародия на модный в своё время «металл» — «Сверхплана дадим стране тяжёлый рок…».

Необычность этого певца, между прочим, в том, что именно петь он никогда не стремился. Играл на духовых инструментах, гитаре, делал аранжировки, сочиняя собственные песни, подпевал «в группе». Собственно певцом стал лишь в начале восьмидесятых годов в музыкальных спектаклях Московского Театра имени Ленинского комсомола (с 1991 г. — «Ленком»). Его заметили в рок-опере Алексея Рыбникова и Андрея Вознесенского «Юнона и Авось».

А прежде всего был саксофон. Павел играл на слух, потом решил получить по этому инструменту профессиональное образование. В конце семидесятых годов закончил эстрадное отделение Гнесинского музыкального училища — занимался у таких опытных педагогов, как Чугунов, Бриль, Осейчук…

В это время Павел Смеян становится музыкантом популярной в те годы рок-группы «Виктория». Был, естественно, саксофонистом ансамбля. Но здесь же впервые попробовал себя как вокалист. Пел в хард-роковой манере, «под Роберта Планта». Удовлетворения от такого жёсткого, «обесцвеченного» пения не получал, хотя знатоки утверждали: звучит «фирменно». Вскоре бросил вокал — по-прежнему больше привлекали саксофон и флейта. Однажды на концерт «Виктории» пришёл Крис Кельми, музыкант, известный по его прежней работе в «Автографе». Посидел, послушал, а потом сделал неожиданное приглашение — перейти всем составом в Театр имени Ленинского комсомола, откуда в это время уходил сопровождавший спектакли ансамбль «Аракс». Согласились. Пришлось срочно включаться в уже идущие постановки: в «Тиле» сорок минут музыки, в «Звезде и смерти Хоакина Мурьеты» — девяносто. Правда, режиссёр Марк Захаров попросил сменить название. Долго мучались. Наконец придумали — «Рок-Артель»! Захаров улыбнулся и скорректировал: «Рок-Ателье». На том и порешили.

Работавший прежде в «Ленкоме» «Аракс» был группой преимущественно «гитарной». В «Рок-Ателье» (времена изменились) было много электронных клавишных — клавинет, «стрингз». Это, видимо, привлекло композитора Алексея Рыбникова, автора музыки к «Хоакину Мурьете», работавшего тогда над сценической версией своей оперы «Юнона и Авось». Что касается Марка Захарова, то он вскоре предложил музыкантам не просто исполнять сопровождающую музыку, но и в той или иной степени принимать участие в спектакле. Наиболее развитая роль оказалось именно у Смеяна. Он появлялся на сцене в чёрном кожаном жилете, перчатках, сапогах и котелке и как бы вызывал из тьмы прошлого остальных героев оперы. Пел ставший впоследствии знаменитым «Романс морских офицеров», пел за графа Румянцева, участвовал ещё в нескольких музыкальных сценках. Его партнёрами были Николай Караченцов и Александр Абдулов. Как вспоминал впоследствии сам Смеян, именно в «Юноне» он почувствовал ряд вокальных своих недочётов, отсутствие какой-либо школы. Не умел, например, правильно брать дыхание, чётко артикулировать текст. Помогли, как ни странно, духовые — занимался построением фраз, регулируя дыхание именно так, как делал это на саксофоне и флейте. Стал слушать других певцов, ходил даже в Большой театр, наблюдая работу его солистов, их приёмы вокала, сочетание вокальной фразы с жестом, движением. Работал над тембром, подачей звука. Врождённое несмыкание связок окрасило его мягкий баритональный тенор лёгкой хрипотцой, что было бы минусом в классическом пении, а в эстрадном оказалось своеобразной, индивидуальной краской.

В начале восьмидесятых годов на съёмках музыкального фильма «Трест, который лопнул» Смеян знакомится с композитором Максимом Дунаевским. Двух героев-мошенников из рассказов О`Генри изображали Николай Караченцов и Регимантас Адомайтис. Первый неплохо пел сам, партию второго записал Смеян. При этом нужно было не просто петь, но ещё и играть характер своего героя. С этого фильма началось творческое содружество Смеяна с Дунаевским, пригласившим певца и в новый свой телемюзикл «Мэри Поппинс, до свидания!». Предполагалось, что Смеян споёт партию одного из героев — Роберта Робертсона, экстравагантного чудака, сражающегося с пороками общества. Его роль на экране исполняет эстонский актёр Лембит Ульфсак. Однако режиссёр Леонид Квинихидзе предложил Павлу озвучить не только песни, но и весь текст целиком. Ещё одно актёрское задание… Параллельно с фильмом готовилась пластинка на фирме «Мелодия». На ней были, среди прочих, песни «Непогода», «Тридцать три коровы» и «Ветер перемен», вскоре ставшие популярными у телезрителей. А затем, как это часто бывает, посыпались новые предложения, связанные с кино и телевидением. В последующие годы Павел исполнил песни более, чем в двадцати фильмах и мультфильмах («Военно-полевой роман», «Валентин и Валентина», «Поезд вне расписания», «Остров погибших кораблей», «Домовые, или Сон в зимнюю ночь», «32 декабря», «Новогодний романс» и других). Телевидение сделало на его песни несколько видеоклипов.

В 1984 году Павел уходит из «Рок-Ателье» (хотя иногда, по старой дружбе, поёт и снимается вместе с группой) и из театра. Причины ухода были чисто творческими. Вместе с несколькими другими музыкантами и композитором Максимом Дунаевским переходит в Государственный эстрадный оркестр РСФСР (бывший утёсовский). Идея была — сделать броский молодёжный состав с ярким, современным шоу, световыми и сценическими эффектами и современными аранжировками. Аранжировки (их делал в основном талантливый Дмитрий Атовмян) оказались действительно прекрасными, солистов оркестра (Павла Смеяна, Ирину Понаровскую и Андрея Давидяна) публика встречала горячо. Были все возможности поднять этот оркестр, влачивший последние годы жалкое существование, до уровня времён Леонида Утёсова. Однако сделать этого всё же не удалось. Прежде всего нужна была мало-мальски приличная аппаратура: приходилось работать на разбитых «биговских» колонках и самодельных порталах. Света не было вообще, использовались местные прожекторы, причём иногда и их не было. На аппаратуру нужны были средства. Росконцерт их не выделял. В результате Дунаевский вместо художественного руководства и сочинения музыки вынужден был постоянно что-то выбивать, проталкивать, согласовывать.

За весь 1986 год написал всего одну песню, прозвучавшую в новогоднем «Огоньке-87». Весной 1987 года из оркестра ушла Понаровская, потом Смеян, а затем — сам Дунаевский и ведущие музыканты. Впрочем, какая-то часть оркестрантов составила ансамбль под несколько загадочным названием «СВ».

Расшифровывается оно как «Снова вместе»: собрались опытные исполнители, уже работавшие когда-то, — Вадим Голутвин, Александр Чиненков, Евгений Казанцев). Жёсткий, моторный ритм плюс ажурная импровизация гитары Голутвина, плюс духовые (саксофон Смеяна и труба Чиненкова), плюс клавишные Бориса Оппенгейма, бывшего коллеги Павла Смеяна по группе «Рок-Ателье». В программе было много красивых романтических баллад и в то же время немало номеров «потяжелее». Впрочем, первые же гастроли обнаружили, что аудитория раскололась надвое. Публика постарше ожидала лёгкой лирики, молодёжь, привлечённая словом «рок», — совсем иного. Приходили записки: «Смеян, зачем вам вся эта рок-музыка? То, что вы делаете на телевидении — гораздо лучше». Либо: «Не надо сладких песенок — давай «металл»!».

Пожалуй, основанием для таких высказываний служила двойственность, а быть может, и многоликость самого Павла Смеяна. Ведь начинал он как чистый рок-певец, затем нашёл новую — романтическую линию. Телевидение обычно эксплуатировала именно её, внешние данные Павла (пластичность и обаятельность) и мягкий красивый тембр голоса. Но загадочная, мечтательная лирика — это ещё не весь Смеян. Он был очень музыкален и техничен. Но чувствовалось, что в простых эстрадных «шансонах» ему нечего делать, что ему тут было скучновато, что он тянулся к песням с артистической задачей, к более острым, динамичным ритмам. В песнях Павел всегда старался «идти от материала» — предлагали песни задумчивые, сдержанные, он и пел их задумчиво и сдержанно.

Но у него были и другие краски. Это был певец страсти, экспрессии. Павел Смеян — был музыкант и актёр лёгкий, раскованный, иногда выступал даже в качестве телеведущего (в передаче «Шире круг» вёл программу вместе с Татьяной Веденеевой, Вячеславом Малежиком и Катей Семёновой на стадионе в «Лужниках»). Но где-то в глубине души ощущалась его тяга к более тёмным, драматическим краскам, к острым человеческим переживаниям. Элементы такого звучания присутствуют, например, в исполненной им песне «Сальто-мортале»: карьера певца сравнивается в ней с головокружительными трюками канатаходца. Это как бы песня о себе самом. Но вряд ли можно говорить, что исполнитель метался в поисках стиля. Просто в музыке его интересовало многое.

В девяностые годы артист вернулся в «Ленком», где продолжил играть в постановке «Юнона и Авось» вплоть до 2007 года, когда уже окончательно ушёл из театра. Незадолго до смерти подготовил к изданию свои последние аудиоработы: сборник песен «Выдержанное вино» и авторскую двухактовую рок-оперу «Слово и Дело» по мотивам повести Алексея Толстого «Князь Серебряный». Последней записанной им песней стала композиция Владимира Волкова на стихи Владимира Гостева «Белая черёмуха», посвящённая подразделению спецназа «Рысь». Смеян записал её в дуэте с лидером группы «Чёрный кофе» Дмитрием Варшавским в январе 2009 года.

В 2017-м году — год шестидесятилетия Павла Смеяна крупнейшая российская музыкальная компания «Bomba-Piter inc.» выпустила уникальную коллекцию — более ста песен, которые записал артист за годы своей творческой деятельности. Это произведения, написанные самим Павлом, а также плоды его сотрудничества с Максимом Дунаевским, Григорием Гладковым, Александром Клевицким, Рустамом Неврединовым, Александром Журбиным, Дмитрием Даниным, Владимиром Быстряковым, Татьяной Островской, Юрием Чернавским и многими другими композиторами.

Лидия БЕСПАЛОВА

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here