Не на жизнь, а на смерть

0
301

В Новой опере состоялась премьера «Кармен» Жоржа Бизе – одного из самых востребованных на мировых сценах сочинений оперного репертуара, многие номера которого стали расхожими шлягерами. Всем известный сюжет Проспера Мериме о страсти роковой цыганки, по новелле которого композитор написал музыку, вдохновлял и продолжает вдохновлять многих постановщиков. Тем сложнее увидеть в нем новые грани, высказать новое слово. Команда авторов спектакля под руководством известного петербургского режиссера Юрия Александрова и дирижера Новой оперы Александра Самоилэ представила свою версию известного шедевра.

Кармен – Полина Мамаева, Хосе – Михаил Новиков

Кармен – Полина Мамаева, Хосе – Михаил Новиков

Экскамильо – Артем Гарнов

Хосе – Михаил Новиков, Эскамильон – Антон Гарнов

Сцена из спектакля. В центре Эскамильо – Антон Гарнов

Сцена из спектакля

Сцена из спектакля. Кармен – Полина Шамаева

Он – Борис Журилов. Она – Полина Заярная

Микаэла – Марина Нерабаева. Дон Хосе – Михаил Новиков

Роковую и загадочную Кармен Мериме и Бизе видели по-разному. У Мериме она контрабандистка и мошенница, у Бизе – неподкупная и свободолюбивая страстная натура, из описания жизни которой либреттисты Мельяк и Галеви изъяли подробности, снижающие пафос образа. Юрий Александров попытался проникнуть внутрь идеализированной Бизе Кармен и рассмотрел в ней хищницу, которой руководит не свобода, а вседозволенность, не жажда любви, а жажда животной страсти играть и побеждать. Она – бандитка, не знающая преград на пути к своим целям. Среда ее обитания – похотливая толпа, а ее путь подобен корриде – это схватка с судьбой не на жизнь, а на смерть. Хозе, попадающий в ее поле, обречен стать беспощадной жертвой. Обезумев от страсти, он отдает на ее алтарь спокойную жизнь добропорядочного человека и, в конце концов, свою душу. Эскамильо, наиболее близкого главной героине по духу, а потому влекущего ее за собой, режиссер также лишил идеализации, узрев в бравадном тореро живого человека со своими слабостями – недаром впервые он выводит его на сцену в кабаке, снимающим стресс после очередного боя, и окатывает ведром воды, прежде чем поручить ему исполнение выходной арии.

Могу предположить, что Агунда Кулаева, играющая Кармен в первом составе, справляется с образом хищницы, чуждой истинного чувства любви. Однако победительнице телевизионного конкурса «Большая Опера» Полине Шамаевой, которую довелось услышать мне в заглавной роли, явно не хватает напора роковой Карменситы, чтобы ее образ дотягивал до режиссерского замысла и составлял энергетическое ядро постановки. Ее меццо-сопрано обворожительно и пластично, но слишком лирично по своей тембровой природе, тогда как партия Кармен предполагает иную драматическую амплитуду. А вот Хозе у Михаила Новикова полон глубокого драматизма и истиной страсти. И Эскамильо у Артема Гарнова вышел вполне убедительным и живым. Марина Нерабеева в роли Микаэлы вызывала сочувствие, составив противовес Кармен.

Еще один противовес роковой и разрушительной страсти Юрий Александров нашел в образе балетной пары, которую он ввел в спектакль сплошным контрапунктом к сюжету. Прекрасная пластика артистов балета МАМТ им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко Бориса Журилова (Он) и Полины Заярной (Она) в хореографии Надежды Калининой заполнила все инструментальные антракты и эпизоды, став символом недосягаемой идеальной любви и вечной красоты – это, по словам режиссера, «то, что не случилось между Кармен и Хозе».

Режиссерский замысел органично раскрылся в художественном оформлении Вячеслава Окунева, по-своему подчеркнувшего испанский колорит, – он создал сценографию по мотивам архитектуры знаменитого каталонца Антонио Гауди, чьи конструкции воплощают фантастические миры самой природы. В спектакле они олицетворяют и естественный фон жизни, дополненный видеоартом на заднике сцены, и ту среду, из которой вышли герои оперы. Немаловажную роль играют и световые решения, выполненные Сергеем Скорнецким – они, как и у Гауди, придававшего свету немало значения, вносят дополнительные смыслы в сценические образы. Вячеслав Окунев выбирает цветовую гамму костюмов, также близкую к природным элементам – охристые, белые и серые тона создают монохромный ряд, который «взрывается» изобилием красок национального колорита лишь в последнем действии, усиливая ярким контрастом трагизм последней сцены, в которой противостояние Кармен и Хозе вынесено в полумрак авансцены и отгорожено лесами декораций от бурного праздника, звуки которого доносятся из-за сцены.

Надо отметить мастерство хоров театра и работу хормейстера Юлии Сенюковой, создавшей разнообразную хоровую палитру спектакля. И, конечно, следует отдать должное музыкальной постановке Александра Самоилэ, для которого работа с партитурой «Кармен» далеко не первая. На сей раз своей целью он поставил «изображение взгляда на Испанию через призму композитора-француза», в котором ему видится сочетание сдержанной страсти и испанской трагедии. Трудно судить, насколько удалось выстроить именно такой баланс, но баланс звучания единого вокально-симфонического полотна удался весьма неплохо, как и раскрытие феерических образов оперы. И, несмотря на ансамблевые погрешности, нередко сопровождающие первые исполнения, слушателя с первых до последних тактов охватывает мощная стихия этой музыки.

Евгения АРТЕМОВА,
Фото – Даниил КОЧЕТКОВ

Источник – сайт сетевого СМИ artmoskovia.ru.
Предыдущая статьяФестиваль «Фонд Бельканто – 15 лет» проведёт серию концертов в Кафедральном соборе св. Петра и Павла
Следующая статья«Братья Карамазовы»: иллюстрации Бориса Непомнящего к роману Ф.М. Достоевского представили в музее А.С. Пушкина

ПУБЛИКУЕМ КОММЕНТАРИИ ПОЗИТИВНО НАСТРОЕННЫХ ЛЮДЕЙ:

Оставьте ваш комментарий
Ваше имя