В Москве возрождают интерес к наследию композитора Георгия Катуара

0
667

С 24 января по 11 февраля в Москве пройдет фестиваль «Возрождая забытые шедевры», посвященный избранным страницам творчества Георгия Катуара (1861-1926) – основательно позабытого пианиста и композитора эпохи «русского модерна». На двух фестивальных площадках – в Рахманиновском зале Московской консерватории (24 января, 11 февраля) и в Большом зале Музея Скрябина (5 февраля) можно будет услышать не только его вокальные и фортепианные миниатюры, а также камерно-инструментальные опусы – квинтеты (ор.4, ор. 28), квартет (ор. 4), трио (ор. 14), но и двухрояльную версию Концерта для фортепиано с оркестром (ор. 21) и оригинальные аранжировки произведений Баха и Чайковского. Среди исполнителей фестиваля –Заслуженный деятель искусств Рувим Островский, Государственный квартет им. Прокофьева, Лауреаты международных конкурсов Яна Иванилова, Екатерина Державина и многие другие.

Даже поверхностный взгляд на программу фестиваля, проводимого по инициативе Московской консерватории, позволяет пунктиром обозначить путь Георгия Катуара. Будучи поколенческим ровесником двух московских консерваторских профессоров - Сергея Танеева и Антона Аренского, сам он стал профессорствовать в консерватории лишь с 1917 года, при том, что никакого диплома о музыкальном образовании не имел (зато оставил после себя два базовых учебника по теории музыкальных форм и гармонии). Более того, на горизонт московской музыкальной жизни он вышел в качестве композитора и пианиста со звездами отнюдь не своего, а следующего поколения – такими как Рахманинов, Скрябин, Метнер. Их громкая слава затенила не только композиторскую биографию Катуара, но и его творческую самооценку. –

Человек деликатный и учтивый, Георгий Львович Катуар, по свидетельству современников, страдал приступами мнительности, порой доводившими его до анахоретства.

И все-таки жизнь Катуара сегодня видится образцом едва ли не самой здоровой самореализации идеалиста эпохи «Серебряного века». Наследник богатой купеческой династии обрусевших французов, он с шести лет занимался музыкой и сочинительством не вундеркиндства ради, а по причине веры его родителей в пользу «творческого воспитания». По той же причине, кроме родных его семейству языков – русского и французского, овладеет еще несколькими – немецким, английским, древнегреческим и латынью, - к этому располагало обучение в первой частной в Москве гимназии Креймана. Следом за гимназией – математический факультет Московского университета, вникание в дела наследования. Далее – крепкая семья с четырьмя собственными детьми, одна ветвь которых вырастет в музыкантскую династию: внук Павел Валерьянович Месснер тоже станет профессором московской консерватории, а праправнучка Анна Алекссева-Месснер – в числе исполнителей на этом фестивале.

Как судьба любого, кто мыслит не разделением, а связью эпох и людей, и кому не отказано в «слухе на человечность», судьба Георгия Катуара оказалась вдохновлена встречами со многими прекрасными современниками. В 1885 году в талантливом дилетанте огромный авторский ресурс угадал Чайковский (о чем тут же сообщил в письме к фон Мекк), давший 24-летнему Катуару ряд бесценных рекомендаций и советов. Совет Чайковского «заниматься музыкой профессионально» Катуар реализовал недолговременными, но эффективными занятиями в Берлине, затем в Петербурге (с Лядовым) и в Москве (с Аренским). Дивные результаты экстерн-образования порой оборачивались курьезами. Так присланный в 1904 году на конкурс в Петербург соль-минорный струнный квинтет Катуара был признан членом жюри Глазуновым сочинением руки Танеева. А, собственно, в танеевском кругу, Катуара считали «единственным футуристом» за его пристрастие к музыке Вагнера, которую в Москве недолюбливали или мало знали, тогда как Катуар успел побывать на вагнеровском фестивале в Байрейте. В профессиональном кругу Катуара ценили Метнер, Рахманинов, Мясковский. Его музыку исполняли Гольденвейзер, Ойстрах и Ростропович.

Главный зарубежный пропагандист музыки Катуара – пианист Марк Андре Амлен, записавший в 1998-99 годах диск катуаровских сочинений, родился ровно через 100 лет после русского композитора-модерниста – в 1961 году. Тот случай, когда уместно сказать: «Большое видится на расстояньи». В Нидерландах по инициативе скрипача Б. Цуккермана «Амстердамское общество камерной музыки» (возглавляемыое скрипачом К. Бором) исполнило и записало все камерные сочинения Катуара. Два года назад музыканты из Голландии были званы в Москву на именной «катуаровский» концерт в Музей Скрябина, но помешала пандемия. Нынешний фестиваль – первая системная попытка вернуть наследие забытого композитора, по мнению его современников, «пионера русского модернизма», московской аудитории.

Источник – сайт сетевого СМИ artmoskovia.ru.
Предыдущая статьяО Чайковском, Рахманинове и русском сердце
Следующая статья«Зимний блюз» Елены Краснощековой продолжит тему уютной зимы в «Колокольников, 17»